— Ты не можешь предположить, что я мог зайти так далеко, что пригласил бы бывшую любовницу на свою свадьбу, — попытался он урезонить Хелену. — Кроме того, если мне память не изменяет, всего четверть часа назад вы называли меня высокомерным. Не могу же я одновременно быть высокомерным и низким!

— Очень остроумно, милорд! — усмехнулась она, отталкивая его. — Но это не объясняет присутствия той леди.

— Уверяю вас, что она была там не по моей просьбе, — поспешил заверить ее Ричард. — Я не видел ее, честное слово.

— Должна сказать, что ее трудно было не заметить с таким безобразным сооружением из перьев на голове, — не сдавалась Хелена, презрительно фыркнув.

— Вполне возможно, — согласился граф, которому наконец удалось завладеть одной из ее рук. — Но, видите ли, я не сводил глаз с моей прекрасной невесты.

Хелена смущенно прикусила губу и залилась краской.

— Но ведь кто-то же пригласил ее, — настаивала она, не глядя в его сторону.

— Не обязательно. Свадьбы — публичные церемонии, и церкви открыты для всех и для каждого.

— Особенно для каждого, — буркнула она, ощетинившись.

Он рассмеялся и, несмотря на сопротивление, поднял ее руку и поднес к губам.

— Постарайся выбросить это из головы, милая, — попросил Ричард с нежностью в голосе. — Даю тебе слово чести, что я не видел и не говорил с леди Каммингс с того вечера у леди Кеттлшем.

Хелена беспокойно заерзала на своем месте.

— В таком случае вы должны считать меня ужасной дурой за такое глупое поведение, — еле слышно пролепетала она.

Глаза Ричарда потеплели, и, обняв Хелену за плечи, он привлек ее к себе.

— На самом деле, — прошептал он, — я думаю, что ты самая чудесная, самая обожаемая жена, которую только может желать себе любой мужчина!

Ее сердце наполнилось ликованием. «Неужели в конце концов все закончится лучшим образом?» — с надеждой подумала она. Хотя он не упомянул слово «любовь», ей стало казаться, что Маркфильд действительно питает к ней какое-то чувство и, несомненно, ее желает!"

"Ричард впервые в жизни был сильно и безответно влюблен. Заметив, что Хелена наконец закрыла глаза, он крепче обнял ее и, откинувшись на подушки, предался созерцанию ее прелестного личика: удивительно длинных, темных ресниц на бархате кремового оттенка кожи, россыпи крошечных веснушек на дерзко вздернутом носике, упрямого маленького подбородка, губ в форме изогнутого лука — губ, которые хотелось целовать и целовать…

Оставшуюся часть пути Ричард то предавался воспоминаниям об опьяняющем восторге их ласк, которые так не вовремя были прерваны, — тогда он чувствовал, как напрягаются все его мышцы и сердце начинает безумно скакать, — то с тихой и затаенной нежностью смотрел на румянец, заливающий щеки Хелены.