Следит, чтобы не сбежала, значит есть причина нервно сглотнуть вставший в горле ком. Ох, хоть бы в этот раз без сюрпризов… Говорящий пингвин предел моей адекватности…

Облупленная дверь перед носом с треском распахнулась, и неожиданно сильный порыв ветра задул меня внутрь, будто чья-то невидимая рука, обхватившая талию.

— Уоооу!

Бах!!!

С оглушающим грохотом дверь за спиной закрылась так же быстро, как и открылась, отрезая меня от возможности свалить.

— Са-ми-ра-а-а-а, — прорычали над ухом, и тусклый свет освещавший небольшую каморку, видимо считавшуюся кабинетом, потух.

Тонкая полоска света, скользящая по полу от прорехи в задвинутых шторах, толком ничего увидеть не позволяла, но оставляла надежду. Ровно до момента, пока горячие подушечки пальцев не прочертили на спине резкую линию, заставляя вздрогнуть и шумно проглотить воздух.

— Я так соскучился, стерва моя. Ты скучала?

Ошалело вращая глазами, пыталась понять откуда идет голос, но тщетно. Ноги прилипли к полу так, будто я на разлитый клей-момент наступила, и голые ступни теперь только с мясом отрывать.

— О-очень.

— Правда? — удивление было столь очевидным, что я нахмурилась.

Неужели надо было ответить «нет»? Или все-таки «да»? Я что-то запуталась…

— Правда скучала? — шелестящий голос стал ближе, и я заозиралась по сторонам, пока не увидела два горящих в темноте глаза.

Желтые, с красноватыми прожилками и вытянутым кошачьим зрачком.

Боже, ну а этот кто?! Демон? Вампир?! Сам Сатана!?

— Угу.

Глаза моргнули, на секунду пропадая из виду, и так называемый Олден принялся шуршать, шуметь и что-то ронять в своем углу, будто наощупь шаря руками по столу.

— Я… Я привез тебе подарок. Ты как всегда откажешься, потом пошлешь меня в задницу, но может хотя бы посмотришь?

— Ладно.

— Оу!

Шуршание стало еще более нервным и громким. Громкий топот и вот, я смотрю в желтые глаза уже запрокинув голову и рассматриваю нависающую надо мной тень, с габаритами шкафа.

— Это люфеций. Его добывают в третьем млечном пути, на Пунторе. Я за него не мало бабок выложил.

Появившийся передо мной свет заставил глаза заслезиться от неожиданности. На дне небольшой коробочки лежало колечко с огромным булыжником в центре. Каменюка странной формы светилась как люминесцентная лампочка ярко-красного цвета, пульсирующим, завораживающим светом.

— Красиво-о…

— Нравится? — удивленно-просящая интонация в голосе ставила в замешательство. Судя по всему, Самира ни раз ему отказывала, знать бы еще причины. Хоть бы свет включил! — Тебе нравится?!

— Ну да, красивое колечко. Интересное такое, яркое…

— О! Примерь! Прошу тебя, стерва моя, окажи честь!

Торопливое движение слишком горячих пальцев по моим рукам, треск захлопнувшейся коробочки и золотой ободок опускается вниз по фалангам.