— Хотя с ними проще договориться, чем с тобой.

— Одного дня вполне достаточно, — бормочу я, пытаясь нарисовать ровную стрелку. Обычно это не составляет труда, но с самого утра у меня адски болит голова, отчего каждое движение дается с трудом. — Не хочу давать лишних поводов для косых взглядов и перешептываний.

— Ты же прекрасно понимаешь, что они итак будут. Университетской надзирательнице только повод дай. Зачем ты вообще в наш университет пошла работать?

— Можно подумать у меня был выбор, — поправляю макияж ватной палочкой и отхожу от зеркала, изучая внимательным взглядом свое отражение. Все должно быть идеально. Без малейших погрешностей. Глупо думать, что ко мне могут придраться даже из-за такой мелочи, но я на испытательном сроке, а эта работа единственное, что помогает держаться на плаву.

Еще полгода назад я бы ни за что не согласилась работать в университете, который окончила с грандиозным скандалом и красным дипломом. Однако когда судьба подкидывает очередной “счастливый билет” и выбора не остается, приходится хвататься за любую соломинку, лишь бы не увязнуть в болоте.

Пробираюсь через груду коробок в кухню и беру со стола кружку с кофе, которое благополучно остыло, пока я разговаривала с Ленкой. В сотый раз делаю себе мысленную пометку, разобрать наконец-то вещи и придать квартире божеский вид.

— Наумова, если это все, то я отключаюсь. Мне через час надо быть в аудитории и попытаться вложить в умы студентов хоть немного информации.

— Мммм, какой строгий тон. А Матвея это тоже касается или вы перейдете на более углубленный курс? — хихикает Ленка.

— Наумова! — одергиваю ее. — Хватит нести чушь! Он мой студент.

— Ну в пределах храма знаний возможно, но вот когда лекции закачиваются…

— Он остается моим студентом в любое время суток. Прекрати!"

"— Ладно-ладно, я просто пыталась разрядить обстановку. Не бесись, — спокойнее произносит она, а я проклинаю себя в сотый раз за опрометчивый поступок попросить Лену о помощи. Каких-то двадцать четыре часа, а она словно с ума сошла и при каждом удобном случае упоминает Орлова. — Слушай, Одинцова, чисто из праздного любопытства, у тебя все студенты такие сексуальные? Мы могли бы…

— Все, Лена, пока.

— Агата, — хохочет Наумова, но я сбрасываю вызов.

Чистое наказание! И эта женщина работает воспитателем в детском саду и является примерной матерью двойняшек. Беру сумку, ключи от машины и выхожу из квартиры. Бессмысленный треп Наумовой может стоить мне очередных пересудов.

Сажусь в салон и несколько раз оглядываюсь по сторонам, чтобы убедиться, что никакому не приспичит устроить гонки в спальном районе. Приоткрываю окно, запуская внутрь прохладный осенний воздух, и постукиваю по рулю пальцами в такт песне.