К нему прилагалось тонкое кружевное белье с бирками из бутика, аккуратные туфли- лодочки с тканевым верхом, что легли ровно по ноге. Мягкая ткань обуви нигде не жала. Распущенные волосы полагалось прихватить с двух сторон тонкими заколками с ажурными серебряными цветами, украшенными подвесами с розовым жемчугом. На шею полагалась изящная подвеска с цветком лотоса. Я узнала ее. Это передала мне мама.

Белая длинная накидка с капюшоном и длинной вуалью впереди, белые перчатки на руки. Под плащом не то что меня не рассмотреть, но и самого платья.

Ну вот и все. Никто кроме мужа не имеет права касаться меня.

Вошел брат. Одобрительно окинул меня взглядом.

— Следуй за мной, — он как всегда серьезен и немногословен.

— А… мои вещи?

Я конечно собрала все в сумку. Мелочь конечно, но нижнее белье, домашнее платье, спортивная форма. Эта комната еще послужит клану, нехорошо что-то оставлять здесь.

— С собой ты не берешь ничего. Твои вещи отдадут матери.

— Они… могли бы уступить мне в этом, — впервые ворчу я.

— Это условие представителя жениха. Они сами обеспечат тебя всем. Твое только то, что на тебе.

Да, после заключения договора я собственность другого клана. Остается только подчиниться правилам.

Мы снова идем в главный зал. Здесь многолюдно. Глава клана одет нарядно, как и другие члены нашего клана. Гостей нигде не видно. Угол обзора у меня маленький, но я бы почувствовала чужих.

— Сегодня, дочь наша, у тебя большой праздник. Ты покидаешь родной клан и переходишь под защиту мужа. Будь верна наследию предков, — Севальд Кару говорит торжественно.

У нас не в почете длинные речи, но он говорит то, что хотел сказать. И каждое слово главы клана — правда, въедается в мой разум. Это последние мгновения среди родных и он не спешит. Улыбается доброй и по-отечески чуть грустной улыбкой."

"— Прими этот дар от нас всех и помни, твой клан всегда поддержит свою дочь.

Протягивает мне два коротких клинка. Ритуальные сабли, острые как бритва, работа харданских мастеров. И короткая перевязь к ним с чехлами, инкрустированными алыми камнями — хардолитами. В огне темно-красные камни раскаляются докрасна, а потом до ярко-желтого цвета, но также эти артефакты препятствуют сгоранию. С этим я смогу станцевать перед мужем танец мечей, если захочу, и сложить их к ногам мужа перед брачной ночью, демонстрируя покорность.

Эти мечи отныне — мое личное оружие для защиты дома. И своей чести от чужих. Хотя согласна, бластер эффективнее, но такова дань традициям.

— Спасибо за заботу, — тихо говорю я и принимаю подарок.

Застегиваю перевязь на своем платье. Даже если меня проводят в семью Правителя, никто не посмеет отобрать это оружие.

— Я тебя провожу, — говорит глава клана и протягивает руку.