Сейчас чуть-чуть додавлю, и она согласится.

– Позволь мне решать, кто подходит. Я предложил тебе. Впервые в жизни зову женщину замуж.

– Но вы не любите меня! – пускает девчонка в ход последний довод.

Любовь! Что ты знаешь о ней, малявка? Когда сердце и душу рвет на части, а коленки дрожат, как у пятиклассника? Когда-то давно я крепко влип с этой любовью. А об меня вытерли ноги… Лучше прослыть циником, чем сдохнуть от собственной глупости!

Смотрю вдаль на сизые облака, мирно плывущие по голубому небу. И отрезаю, скривившись.

– Я никого не люблю. И в любовь не верю. Но гулять не буду. И взамен потребую верности. Если такой вариант тебя устраивает, давай распишемся…

– Я подумаю, – тихонько роняет Света, а я, коротко кивнув, завожу двигатель. Пора возвращаться. Скоро стемнеет.

13. Давай, смелее!

Светлана

Красивые холеные пальцы проворачивают ключ, заставляя ожить катерок. Раз. Другой. Что-то внутри прощелкивает, но мотор не заводится. Бесполезно!

– Еперный кордебалет! – ругается Годаров. – Хрен болотный!

Стискивает зубы, пытаясь скрыть негодование. Крутит ключ зажигания. Никакого результата!

Ситуация патовая! Мы заплыли слишком далеко от дома. Кругом лиманы и острова, сливающиеся с темнотой.

– Что будем делать? – охаю я и тут же замечаю два небольших весла. – Нужно грести к берегу. Нельзя оставаться на воде. Может вынести из ерика в реку.

– Фигня вопрос, – снисходительно отмахивается Руслан. – Не волнуйся, девочка. Сейчас нас заберут. Вот для этого и нужны деньги. Нанимаешь специально обученных людей…

Годаров торжественно достает сотовый. Тыкает в экран. Но яблочное чудо молчит.

– Нет связи, блин! – выдыхает в ярости и, достав из пазов весло, лихорадочно гребет к берегу. А я подхватываю второе.

– Давай правее, – кричит мне Годаров.

– Лучше к острову! Там с другой стороны мостки. А переберемся на наш берег, появится связь.

– Логично, – бросает Руслан. Не спорит, не привередничает. – Я гребу, а ты подруливай, – велит коротко.

Руки стынут от холода. Но другого выхода нет. Руслан неистово работает веслом, а я своим задаю направление. На четыре его приходится один мой гребок.

Вот это мы попали! Зачем только поплыли в лиманы! Не могли поговорить на берегу?

Меня кроет от бешенства. Злюсь на саму себя. Больше винить некого!

Почему я всегда у всех иду на поводу? Что за дурацкий страх ответить отказом? А теперь что? Идти пешком по колено в воде и надеяться на внутренний компас? Руслан точно дороги через Лебяжий не знает.

Когда катер упирается носом в илистый берег, Годаров спрыгивает первым. Новомодные итальянские ботинки тотчас же вязнут в грязи.

– Давай на нос, – командует он. И как только я выполняю его указание, протягивает ко мне руки.

– Прыгай, Света!

Выполняю команду в точности.