Иногда нужно признаваться в собственной глупости. И верить близким. А я, как последний идиот, верил фактам, которые кто-то сфабриковал. Башкой понимал, что ты невиновна, а в душе все равно скреблись мыши. Я никогда никого так не любил, Света. Даже не думал, что такое возможно.

– Не знаю, Руслан, – замечаю тихо. Выскальзываю из объятий мужа. Хотя больше всего хочется обвиться вокруг него руками и ногами. Целоваться до одури, навсегда забыв былые обиды. Но нельзя. Нельзя. Это же Годаров. Если почувствует слабину, завтра начнет изводить новыми придирками.

Отхожу к окну. Слишком многое навалилось за последний час. И главный враг нашелся. И Руслан признался в любви. Если честно, то слишком долго я ждала этого признания. Думала, рождение сына хоть повлияет. Но нет…

Мне до конца не понятно, что же произошло с Толиком Шарлыкиным. Как понял Руслан, кто стоит за инсинуациями? И почему друг мужа решил мне мстить? Много вопросов. Но сейчас не это главное. Как-то все совпало во времени. Странно даже…

И я не знаю, как реагировать. Поверить? Броситься на шею? Или все-таки держать дистанцию? Сердце ноет от невыносимой боли. Если Руслан говорит правду, то до ужаса жаль те два года нашей совместной жизни, которые мы просто слили в унитаз.

– Света, – муж подходит сзади. Обнимает за плечи. Притянув к себе, упирается лбом в мой затылок. – Я сдохну без тебя и Дамира. Не уходи. Прошу.

– Я останусь, – киваю скупо, изо всех сил пытаясь сдержаться. Хватит слез. – Дамиру нужны и отец, и мать.

– А мне жена, – ласково напоминает Руслан. – Пойдем, прогуляемся к речке, – предлагает, заглядывая мне в лицо. Осторожно большим пальцем приподнимает мой подбородок. Тянется с поцелуем.

Но нет! Я тогда точно не выдержу. Последние мозги растеряю. А мне здравый смысл еще пригодится.

– Пойдем, – соглашаюсь я. – Постоим на мостках и вернемся. Только лодку брать не будем… – намекаю на наш первый непутевый заплыв.

– Как пожелаешь, любимая, – улыбается муж.

Слышать от Руслана слова любви непривычно. И эта «любимая» режет слух. Особенно сейчас, когда кроме высокопарных клятв нет других доказательств. Но в любом случае, любимая звучит лучше, чем милая.

Определенно, повышение в звании!

Взявшись за руки, мы выходим на небольшой причал, основательное сооружение с каменными лестницами и стоящими по периметру катерами и лодками. Стоим в обнимку, не шевелясь, и я лихорадочно соображаю, что делать дальше.

Заключить мировую в койке? Или повыделываться? Но я и сама не хочу никуда уходить. И уж точно бы не настаивала на разводе, не будь он прописан в контракте.

– А что с контрактом? – спрашиваю вскользь.

– Порву его к чертовой матери! – огрызается муж. – На фиг он нам нужен?

Руслан собирается сказать еще что-то, но в кармане жужжит айфон.

– Да, я, – роняет резко.