– На первый взгляд, безусловно. – Он устроился за столом, а я бродила рядом задумчивой тенью.

– Ты хочешь сказать…

– Самого Грузнева вряд ли интересуют наши отношения, но…

– По-твоему, это Дед… прости, такое в моей голове не укладывается. Дед на многое способен, знаю по опыту, но в мелочности его обвинить трудно. А данный поступок… он подошел бы бабе, но никак не Деду."

"– Меня тоже удивило, до какого маразма докатился старикан. Есть еще один вариант, – сказал Тимур, глядя на меня с сомнением. – Они ведь ищут Лукьянова. Так? Предположим, твоя семейная жизнь перестала тебя устраивать. Что ты сделаешь в этом случае?

– Брошусь к нему в объятия? – хмыкнула я.

– Что-то его здесь держит. Разве ответ не напрашивается сам? – Тут он одарил меня своим фирменным взглядом, который можно было охарактеризовать как немой вопрос с большой долей подозрительности, а я поняла: вот сейчас я должна ему все рассказать.

– Меня больше беспокоит Вешняков, – точно со стороны услышала я свой голос. – Пока на нем висит это обвинение… – Тимур кивнул, соглашаясь. – Я хочу встретиться с Дергачевым, – продолжила я.

– Я тебе уже говорил, Молчанов мне врать не будет.

– Всякое бывает, – пожала я плечами.

– Ольга, – вдруг позвал Тимур, и мое сердце ухнуло вниз. – Я тебя слишком хорошо знаю. В чем дело?

Я не могу сказать, не могу. Потому что мои путаные объяснения ему не нужны. Он услышит только одно: Лукьянов меня позвал, и я побежала.

– Чувствую себя паршиво, – вздохнула я. – Все вдруг навалилось сразу. Вешняков, эти типы, Дед достал со своим Корзухиным.

Тимур протянул руку, ухватил меня за локоть, и я оказалась на его коленях. Ложь во спасение. Или капкан, который я сама только что захлопнула.

В ту ночь я никак не могла уснуть, прислушивалась к дыханию мужа рядом, к Сашкиной возне на коврике возле окна и ждала рассвета. Телефонный звонок раздался в половине третьего, Сашка тявкнул, Тимур протянул руку к телефону, пробормотав в досаде:

– Обалдели, что ли… Да… – Он включил ночник, послушал, что ему говорят, и протянул мне трубку. – Это тебя.

– Ольга Сергеевна. – Голос женщины звучал взволнованно. – Ради бога, простите, что я звоню так поздно, но я подумала… Это Мария Игнатьевна, помните, вы приезжали в клинику Фельцмана…

– Конечно, помню. Что случилось? – Признаться, к тому моменту Корзухин с его семейством интересовали меня мало, но звонок вдруг испугал.

– Вика, Вика Корзухина. Она погибла.

– Что? – растерялась я.

– Девочка упала со второго этажа. Разбилась насмерть. Это ужасно, Ольга Сергеевна. – Женщина всхлипнула, но тут же заговорила опять: – Я в клинике, сегодня у меня дежурство… В милицию и отцу уже позвонили. И я подумала, что должна сообщить вам. Извините.