В итоге выбрал мелодраму под названием «Ливень в тропиках». Крестиков там было много, а значит, зал забьется битком. Среди зрителей кто-нибудь обязательно начнет громко болтать или жевать всякую всячину, отвлечет на себя внимание, и можно будет спокойно поговорить на темы, не относящиеся к кинематографу.

Многие об этом не знают, но иногда лучше всего спрятаться получается на виду.

— Приятного вам просмотра, — пожелала девушка, выдавая мне билет.

— Благодарю вас, — сказал я. — Еще один момент: мы договорились посмотреть этот фильм вместе с моим приятелем, но он, как я вижу, запаздывает. Сделайте одолжение, предупредите его, что господин Митасов уже ожидает его в зале.

Билетерша вновь улыбнулась.

— Никаких проблем, господин. Как я узнаю вашего приятеля.

«О, вы совершенно точно его знаете. Ткните пальцем в человека, который выглядит так, будто поглотил целый город вместе со всеми жителями и не ошибетесь».

Но характеризовать его таким образом было не очень по-дружески, поэтому я сказал:

— О, у него довольно примечательная внешность. Невысокий, габаритный, одет своеобразно. Фамилия у него запоминающаяся — Кесслер…

Лицо девушки на секунду дрогнуло, словно от болезненного спазма. Узнала, конечно же, узнала. Жирный коротышка Донни отбрасывал на все вокруг огромную тень.

— Хорошо, — сказала билетерша, — Может быть, в таком случае вы желаете приобрести билет для вашего друга, чтобы он не задерживался и не пропустил ничего интересного?

— Нет, не желаю, — ответил я и направился в зал.

* * *Кинозалы в «Дружбе» оказались не очень большими. Наверное, когда-то это был обычный театр, просто потом между помещениями возвели перегородки и вместо одного помещения сделали два."

"Камерная обстановка пошла на пользу — мой расчет оправдался. Людей в зале уже было много и постоянно подходили новые. На экране уже крутилась реклама грядущих новых фильмов, но ее заглушали шаги, скрип сидений и хрустящие обертки от разной снеди.

Мне досталось место 7М, и судя по всему, седьмой ряд пользовался большой популярностью. Но не среди киноманов. Как только по экрану поползли вступительные титры, слева и справа от меня появились две парочки. Я скрипнул зубами и мысленно чертыхнулся. Может, повезет, и они устроятся на ряд выше? Но нет — запас везения на этом исчерпался.

Слева от меня расположилась тощая девица с крашеными рыжими кудрями. От нее так разило дешевыми сладкими духами, что я едва не задохнулся. Справа, через сидение, уселся долговязый парень, который тут же принялся колупать в носу. Наверняка он надеялся, что никто его проделок не видит, даже его спутница, но надежда эта была тщетна.

Зато не тщетным оказалось ожидание Донни Кесслера.