Пока что все складывалось как нельзя лучше. Донован думал, что умудрился нагнуть обнищавшего дворянина. Он был уверен, что я не смогу достать деньги. И был уверен, что легко расправится со мной, так как сумма, которую он назвал буквально является неподъемной не то что для мелких, а даже для средних аристократов.

А я не просто их умудрился найти, тем самым придавив его эго дверью, а еще и нагло заявляю, что если он хочет получить их, то придется оторвать задницу и делать так, как скажу я.

Конечно, он был зол. Невероятно зол. А значит будет ошибаться. Он уже ошибается. Донован Кесслер сто процентов уже надел свой парадный костюм и готовится к выезду в кинотеатр «Дружба».

И это его самая главная ошибка.

Глава 27

Никакой дружбы в «Дружбе»

— XX

VII

—

До назначенного времени я успел съездить домой, привести себя в порядок и проветрить голову. На всякий случай позаимствовал у Рамона шестизарядный самопал, чем-то напоминавший револьвер, и сунул его под плащ.

Мимоходом закинул в рот бутерброд из куска хлеба и вареной куриной грудки с домашним сыром, вскочил обратно в мото и помчался в город. Пока что я успевал везде.

С первого взгляда кинотеатр «Дружба» своему названию совершенно не соответствовал. Здание оказалось мрачноватым, явно давней постройки, и со времени возведения не ремонтировалось. Стоя у входа, под козырьком, удерживаемым четырьмя каменными столбами, я отчего-то вспомнил развалины замков, по которым любили водить туристов в моем мире.

Интересная мысль проскочила в голове: прежняя жизнь вспоминалась все реже. Нет, битвы и насущные знания типа заклинаний и магических сведений все еще были на месте, но вот то, что заполняло пустоты между ними, размывалось и тонуло в океане помех.

Я толкнул тяжелую дверь и вошел в фойе. Осмотрелся и понял — первое впечатление подвело. Зал оказался отделан просто, но основательно, полы блестели чистотой, а в воздухе витали запахи попкорна, топленого масла и соленых орешков. Сразу же у входа посетителей приветливо встречал парень примерно моего возраста.

— Добро пожаловать в «Дружбу», — заученным тоном произнес он, — позвольте принять ваш плащ.

— Спасибо, не стоит, — отказался я, — я слегка простужен, поэтому не стану его снимать.

Во взгляде паренька промелькнул легкий интерес, вполне объяснимый — на улице было тепло. Но вопросов он задавать не стал.

— Как угодно. Тогда проследуйте к кассе.

Я так и поступил. Хорошенькая блондинка-билетерша в униформе улыбнулась и протянула мне брошюрку с программой. Рядом крестиками были размечены планы посадки.

— Доброго вечера, господин. Выберите, пожалуйста, кинокартину и желаемые места.

Я сделал вид, что изучаю представленный ассортимент, хотя, по большому счету, на фильм мне было плевать.