Ковыряясь в бумагах, половину из которых составляли новые служебные инструкции, придуманные очень грамотными людьми ни разу не видевшими живого преступника, Андрей обратил внимание на поручение о проведении мероприятий по отработке версии о том, что Власова Карина, двадцати трех лет отроду, пропавшая без вести неделю назад, могла стать жертвой преступления.

Это была именно та Карина, сбежавшая из его квартиры, после того как ледяная тварь в очередной раз выследила его…

V

По телефону его коллеги из местного отдела пояснили, что Карина по месту жительства характеризовалась, как ветреная девушка, которая очень любила путешествовать. Поэтому по основной версии, она куда-то, никому не сообщив, уехала.

Можно было дать формальный ответ, но после разговора со следователем, сообщившим, ему, что ее мобильный телефон и документы остались дома, Климов решил сам выяснить более подробно все обстоятельства ее исчезновения.

Перед выездом Андрей забежал в туалет, чтобы справить нужду.

В соседней кабинке, судя по журчанию присущему полковой лошади, справляла свои дела Ирка из аналитического отдела, которая была до того ленивая, что не утруждала себя хождением на первый этаж в женский туалет, поэтому, не стесняясь, делала свои дела в мужском на третьем.

Решив обрадовать своего друга Слепнева Тимофея – начальника отдела по борьбе с киберпреступностью, Климов помыл руки и поспешил к нему в кабинет.

Тимофей был хорошим человеком, но очень добрым и интеллигентным. По доброте своей душевной, он подчиненных не наказывал, а делал им внушения в надежде на то, что у них проснется совесть. Однако она почему-то у них не просыпалась и вместо того чтобы выполнить поставленную задачу, они, частенько, показывали ему в спину фиги.

В воспитании единственного сына он тоже придерживался политики «только пряника» и следовал японской методике становления личности.

То ли методика подходила только под японцев, то ли она шла вразрез с методикой деда, считавшего, что: «Ремень по голой заднице – это лучший стимулятор», но в результате сын вырос неуправляемым. В итоге, когда Тимофей ему говорил, чтобы он слез с дерева, тот показывал ему политкорректную американскую фигуру с участием среднего пальца и лез еще выше.

Часть характера он вобрал от своей матери, державшей Слепнева под плотным каблуком, а часть унаследовал от отца. Будучи, по сути, добрым мальчиком, он носил домой по очереди, то одноногую ворону, то плешивого котенка, то бесхвостую собачонку, то старого вонючего ежа, а в тринадцать лет привел и поселил на балконе бомжа Женика. Правда, тот, в отличие от тварей безмолвных, квартировал только до вечера, пока не пришли с работы родители.