Калибр – 9 миллиметров, отдельная нумерация арабскими цифрами: похоже, сделана специально для наградного пистолета «люгер». Это довольно старый пистолет, с обоймой на восемь патронов, длина ствола – 98 миллиметров. Состоял на вооружении офицерского состава Китая, Ирана, Югославии, Норвегии, Германии, Греции, Чили и Алжира, в 1942 году был снят с производства. У частных коллекционеров по всему миру таких пистолетов до хрена и больше. Его можно хранить в промасленной тряпочке лет пятьдесят – он и тогда будет стрелять. Из какой эпохи киллер, уже примерно понятно. Свое дело он знает – уложил беднягу Иакова ночью, пусть и вблизи, но зато одним выстрелом точно между глаз.

Малинин впал в глубокое разочарование.

– Ну и что? – с грустью заметил он. – Если мы и верно в триллере, тактам киллеры завсегда крутые – домохозяек на это дело нанимать не принято.

– Нам же лучше, – Калашников прикончил двух комаров одним ударом. – Ты сам понимаешь – Иаковом дело не ограничится. Нет смысла убивать единственного апостола – кому он мог помешать? Скорее всего, задумано умертвить как минимум всех учеников Кудесника. Цель? Начнем с того, что это могут быть посланцы любого конкурирующего религиозного учения.

Вот только как они умудрились сюда попасть? Вряд ли нам сейчас удастся это выяснить. В Иудее мы находимся в полнейшем информационном вакууме.

– Где? – с испугом переспросил Малинин.

– В вакууме, – повторил Калашников. – Даже плохонькой обратной связи с Городом нет, а Интернет-библиотек в античном мире отродясь не водилось. Придется действовать в одиночку. Утром, как и хотел Шеф, мы напросимся к Кудеснику в ученики. И тогда я со всей этой апостольской компании в гроте уж точно глаз не спущу.

На правах новичка можно будет пообщаться с остальными, задать вопросы. Ведь мы тоже будем считаться апостолами.

– О, это здорово, – обрадовался Малинин. – Я в своей станице коровам хвосты крутил и даже не подозревал, что после смерти окажусь в учениках самого Кудесника – заделаюсь апостолом. Возможно, меня и в Библии упомянут?

– Всенепременно, – согласился Калашников. – Быть апостолом – очень завидная перспектива, братец. Все они, за исключением двоих, умерли мученической смертью. Одного распяли вниз головой, второго проткнули палками, с третьего живьем содрали кожу.

Я от души тебя поздравляю.

…В кустах состоялась краткая, но весьма оживленная беседа. Малинин заявил, что ему было секундное озарение: он недостоин превратиться в апостола, но всегда готов изобразить непритязательного денщика.

– Конечно, это что– то новое – апостол с денщиком, – заметил Малинин. – Однако я никогда не чурался экспериментов. Но, для чего же тогда самим вести расследование? Пойдем сейчас да и расскажем все Кудеснику.