Ведь на месте Вэйна поступила бы намного проще, и вместо тварей Нижнего мира использовала стрелы с наконечниками из мегелита.

В чистом виде он был опасен для таких и лишал нас связи со второй ипостасью. Достаточно двух метких выстрелов, чтобы убить любого дракона. Но когда я поделилась своими опасениями с Габриэлем, он заверил, что все точки, с которых можно совершить такой выстрел, надёжно охраняются гвардейцами.

Поэтому Вэйн вчера и медлил. Он до последнего искал обходные пути и хотел подстраховаться. К счастью, мы оказались быстрее и хитрее.

С одной стороны, это успокаивало, но с другой… Загнанный зверь опасен, и сейчас нужно быть осторожными вдвойне.

– Во имя Великого дракона и милости его, оставьте своё оружие, артефакты и даже помыслы о сражениях за порогом священного храма, – нараспев произнёс жрец, как только мы подошли ко входу и положили на алтарь свои дары.

Теперь, согласно традиции, нам полагалось сдать оружие и пройти по Небесному коридору, молясь об отпущении грехов и взывая к милости Богов. А затем принести уже нематериальные подарки Покровителям - свою веру и каплю магической энергии.

– Во имя Великого дракона и милости его, – ответила, снимая браслет с защитным плетением.

Я специально надела его, чтобы отдать хоть что-нибудь. Габриэль молча снял ножны с мечом, набедренный кинжал и достал два ножа из сапога… Казалось, он издевается над жрецом, но нет. Это тоже часть традиции - наглядно продемонстрировать статус воина и защитника.

Последним дракон отдал поддельный браслет, точную копию того, что позволял ему призывать зачарованное оружие. Он никогда не брезговал обычными клинками, но большую часть своего внушительного арсенала всё же прятал именно в артефакте. А он сейчас находился в надёжном месте, то есть на моем бедре.

Ритуальную фразу Габриэль так и не произнёс, я же решила не нервировать жрецов и почтительно склонила голову. Хотя некоторые считали, что я надела Сердце Юга с целью подчеркнуть свой статус. Многие ждали от меня подвоха. Но я не собиралась сеять раздор и начинать священную войну. Поэтому показала Верховному, что хочу стать его союзником, а не врагом.

Судя по многозначительной улыбке, он это оценил. Перед тем, как пропустить нас в храм, тихонько сообщил, что после бала хочет встретится со мной и обсудить совместный благотворительный праздник, способный объединить последователей новой и старой веры.

Хитрый лис Алехандро дэ Веласко не подвёл и решил использовать возрождение шаманства для укрепления собственных позиций.

Я надеялась на положительный исход, ссориться вовсе не хотелось. В отличие от своих предшественников, Алехандро никогда не угнетал шаманов Итуварэ, хотя и не просил императора смягчить политику.