Теперь, когда длинный, переполненный событиями день подошел к концу, от его бравады не осталось и следа. Даша видела, как исхудало, заострилось, измучилось его лицо.

– Кожа да кости, – вздохнула она, гладя его по голове.

– Мам, – вдруг серьезно спросил Ленчик и замолчал.

– Что, сынуля?

– Мам, а ведь их – убили…

– Да.

– Тебе нисколько их не жаль?

– Жаль. Очень жаль. Но иначе они убили бы тебя. – Она погладила его по голове: – Ленечка, милый. Не думай об этом. Не надо об этом думать. Или относись ко всему, как к компьютерной игре. Там тоже убивают плохих…

Ленчик молча кивнул. Мама все гладила его по голове.

– Мам, а ты… – выговорил Леня и замялся. – Скажи, ты… Ты с этим Малыгиным спала? – наконец выпалил Ленчик и покраснел.

– Конечно, нет! – браво соврала Даша.

– Правда?

– Конечно! Мы с ним просто друзья. Встретились, понравились друг другу… Он мне даже один раз цветы подарил…

– Мам, а ты… Скажи, а ты вообще… Ты ради меня могла бы с кем-нибудь переспать?

– Что за ерунду ты спрашиваешь!

– Нет, правда? Если серьезно?

– Если серьезно… Если серьезно – ради тебя могла бы. И не только переспать. Впрочем… – Даша замялась.

– Что, мам?

– Впрочем, – продолжила она, – переспать я могла бы не только ради тебя… Я ведь женщина. И еще очень даже ничего – ты не находишь?"

"– Ты, мамочка, красивей всех на свете, – с искренним чувством, как когда-то в детстве, сказал Леня и обнял ее.

Даша прижалась к нему, поцеловала в висок и прошептала:

– Ну вот и спи. Пусть тебе приснятся хорошие сны.

Предупреждения и благодарности

Хозары, действующие в романе, в также их язык, история, имена и биографии являются исключительно плодом воображения авторов. Какое бы то ни было сходство или подобие имен, фамилий, привычек, а также образа жизни, языка или акцента наших романных героев с любыми людьми любой национальности из числа существующих в реальности ЯВЛЯЕТСЯ АБСОЛЮТНО СЛУЧАЙНЫМ. И мы ответственно заявляем, что под «хозарами» НЕ ПОДРАЗУМЕВАЕТСЯ никакая нация или народность, проживающая где бы то ни было – на территории России, или бывшего СССР, или всего мира. Никакого отношения наши романные хозары не имеют также к реальным хазарам, древнему Хазарскому царству, хазарской культуре и литературным хазарам (разве что к пушкинскому «Вещему Олегу»). Тем не менее мы все-таки приносим свои извинения тем людям, кто вдруг усмотрит в данном произведении нечто оскорбительное – для себя лично либо для какой бы то ни было нации.

Несмотря на данное предупреждение, мы уверены, что найдутся читатели и/или литературные критики (особенно литературные критики!), что возьмутся по прочтении романа обвинять нас в «недостатке политкорректности», «ксенофобии», «великорусском шовинизме» или даже в «пропаганде идей расизма».