И несмотря на это, я все равно пытался себя убедить, что ты мне не нужна. — И Камерон принялся ласкать грудь Эвери. — Мне хотелось, чтобы мы просто провели с тобой время, потом я отослал бы тебя домой, поскучал немного и скоро забыл о тебе.

— И ты отослал меня домой…"

"— Да. Но в ту же минуту, как ты вышла за дверь, я пожалел об этом. И тут же по глупости пытался убедить себя в том, что нас связывает только страсть. Да и какой мужчина не скучал бы по этой роскошной груди! — Камерон снова поцеловал ее груди, после чего коснулся пальцами укромного местечка у Эвери между ног и принялся нежно ласкать его. — По этому восхитительному местечку. По восторженным стонам, которые ты издаешь, когда я ласкаю тебя, — прошептал он и, опустившись к ее бедрам, стал нежно теребить их языком.

На секунду Эвери замерла, а потом с восторгом отдалась наслаждению, которое дарил ей Камерон. Он мучил ее, но это были сладкие муки. А когда она наконец-то содрогнулась в экстазе, он произнес три заветных слова, которых она так долго ждала.

Прошло несколько секунд, прежде чем она отдышалась и смогла взглянуть на своего мужа. Он покрывал легкими поцелуями ее живот, а она гладила его волосы.

— Ты только что признался мне в любви? — нерешительно спросила она. Ей очень хотелось взглянуть ему в глаза, однако он не поднимал головы.

— Да, — ответил Камерон и принялся целовать ее тело, все ближе подбираясь к груди.

— Поверить не могу, что ты сделал это именно сейчас, — улыбнулась Эвери, не зная, плакать ей или смеяться.

— В тот момент, как я понял, что люблю тебя, я решил признаться тебе в любви, когда ты будешь содрогаться в экстазе.

Эвери вспыхнула и смущенно захихикала.

— Ах ты негодник!

Обхватив ее лицо ладонями, Камерон прикоснулся губами к ее губам.

— Но ты меня все равно любишь.

— Да. Безумно. Отчаянно. Всем сердцем.

— Так же, как и я тебя.

— Когда? — спросила Эвери, легонько толкнув Камерона, заставляя его лечь на спину.

Раскинувшись на постели, Камерон смотрел, как она покрывает поцелуями его тело. «Оказывается, не так-то страшно признаваться в своих чувствах и даже приятно, если в награду ты получаешь такое наслаждение», — подумал он, когда длинные тонкие пальцы Эвери начали ласкать его восставшую плоть.

— Когда ты понял, что любишь меня? — спросила она, покрывая его поцелуями.

— Когда обнаружил, что Кэтрин лжет. Я сидел в саду и слышал, как Пейтон хитростью выудил из нее отвратительную правду. И тогда я подумал, что из-за этой лживой дряни я потерял женщину, которую люблю. И решил, что непременно исправлю свою ошибку. — И он закрыл глаза, почувствовав, что Эвери вобрала его в рот. — Я так хотел, чтобы ты была со мной, Эвери… — простонал он.