У Эвери хватило духу лишь на то, чтобы положить свою руку поверх его руки, не давая ей двигаться дальше. Прикосновение его вызвало в ней такое острое желание, что ее праведный гнев мгновенно улетучился. Не стоит притворяться перед самой собой, подумала Эвери, она хочет его, и ничего с этим не поделаешь. Она была достаточно умна, чтобы понять — совместную жизнь на одной страсти не построишь. Чтобы жить с человеком счастливо, нужно испытывать к нему глубокие чувства. Она-то их испытывает… А Камерон? Этого она не знала…

— Ты женился на мне только из чувства долга, — обиженно проговорила она.

— Нет, — решительно возразил Камерон. Но этот ответ ее не успокоил.

— Ты знал, что я никогда не позволю тебе загладить свою вину подобным способом, и потому решил меня напоить и силой притащить к алтарю.

Долго не раздумывая, Камерон улегся рядом с ней и крепко ее обнял.

— Нет, я женился на тебе, потому что очень этого хотел.

— А подстроил все это Пейтон, верно?

— Да, это все он придумал.

— Потому что он считает, что ты обязан жениться на его сестре, поскольку был с ней близок?"

"— Детка, если бы я сказал тебе, что наши ласки не имеют к нашей свадьбе никакого отношения, ты бы сочла это ложью и была бы права. — Говоря это, Камерон осторожно развязывал ленточки на рубашке Эвери. — Но я женился на тебе не только поэтому. О Господи, Эвери, как я хотел, чтобы ты вернулась в мою постель и никогда больше ее не покидала!

Слова его звучали искренне, и Эвери позволила ему себя раздеть. Она настолько изголодалась по его ласкам, что, если бы он сейчас задрал ей рубашку и грубо вошел в нее, она бы не стала сопротивляться. Что, если он скажет ей те слова, которые она так мечтает услышать?

— И ты захотел меня вернуть? — спросила она и поежилась: Камерон распахнул ворот ее рубашки.

— А ты скучала по мне? — не отвечая на ее вопрос, поинтересовался Камерон, лаская языком ее грудь.

— Немного, — буркнула Эвери, стараясь не показать ему, как она счастлива вновь оказаться в его объятиях.

— Клянусь тебе, детка, я женился на тебе не из чувства долга. — Прижавшись лицом к ее груди, Камерон скользнул рукой по ее ноге вверх, пока не добрался до горячей влажности, по которой так давно тосковал. — Эвери, мне надо с тобой поговорить, рассказать тебе обо всем, чтобы ты на меня не обижалась, поведать о своих чувствах, но я так тебя хочу, что говорить сейчас просто не в силах.

— Сейчас?

— Да, сейчас и вообще каждую минуту, с тех пор как ты уехала из Кейнмора.

— Значит, ты хочешь, чтобы сначала мы занялись любовью, а потом поговорили?

— Да.

— Ну что ж, я согласна.

Она быстро сбросила рубашку и смотрела, с каким лихорадочным нетерпением он срывает с себя одежду.