Если то, что сейчас стояло перед глазами, являлось знаком — впереди ждала нелёгкая жизнь в борьбе за чувства красавца. Но если эта жизнь будет настолько же привлекательной, готова рискнуть, шагнув в «жопное» будущее…

До измученного алкоголем сознания ещё не пробилось, что смотрит она сейчас на голого мужчину, неизвестно как оказавшегося с ней в одной комнате.

Лев обернулся со словами:

— Дорогая, ты уже проснулась?

И тут до Сидоровой дошло…

Она ощупала себя, осознав, что лежит нагая на широкой постели, судорожно вздохнула и натянула одеяло до подбородка.

Директор соблазнительно улыбнулся, указал взглядом на гордо вздымающуюся плоть и добавил:

— Этой ночью ты была восхитительна! — Густая, красиво очерченная бровь вопросительно поднялась вверх: — Я снова готов, продолжим?

Пронзительный крик разорвал воздух:

— Чёрт, чёрт, чёртов чёрт! Что тут происходит?

В зелёных глазах Льва играли те самые бесенята.

— Что за истерика, дорогая? Как «что происходит»?

Он рывком выдернул одеяло из рук верещащей Натальи, отбросил в сторону и, отступив на пару шагов, впился взглядом в стройное тело.

— Ночью ты называла это «любовью»!

Глава 7

— «Любовью»? — Наталья онемела от растерянности.

Она судорожно пыталась вспомнить подробности прошлого вечера. В голову лезли одна не понятней другой картинки. Порванное платье, холод, женщины-змеи с синими губами, красотка-пантера, назвавшаяся сестрой Льва. Шампанское, красивый, пожирающий взглядом блондин, снова шампанское. Музыка. Танцы. Лысый мужчина, резвящийся на полянке с кроликами и… полная пустота. А ещё эти черти…

Брюнетка сжалась в комочек, пытаясь скрыть оголённые части тела, хотя из не оголённых оставалась лишь голова.

Ставшие крошечными ладони с трудом прикрывали внезапно раздувшуюся грудь. Рассудив, что грудь прикрыта коленями, она переместила руки на попу, понимая при этом всю тщетность попыток спрятаться от похотливого мужского взора. Иванов с откровенной усмешкой наблюдал за отчаянными движениями проснувшейся скромницы. А она-то, наивная, приняла его первоначально за прекрасного принца! Хотя кто говорил, что принцы не бывают озабоченными? Уж не ради простого поцелуя же они за девами по стенам замка карабкаются да с драконами силой меряются?

Но больше всего Наташу убивало собственное безрассудство: как она могла себе такое позволить? Заняться сексом с едва знакомым мужчиной и бесполезно сваливать вину на кого-то, если виновата в конечном счёте сама…

Учительница пыталась определить по взгляду Льва, не лжёт ли он.

Может он решил так над ней подшутить? Но тогда почему они голые? Директор продолжал ощупывать липким, прочувствованным каждой клеточкой её тела взглядом.