Тело казалось одеревеневшим, словно я долго пролежала в анабиозе. Хорошо хоть шум в голове стихал.

Где я? Во все стороны, убегая за горизонт, раскинулись рыжие песчаные дюны. Я сидела на вершине одной из них и плавилась на жарком солнце. Нет, это определенно не прибрежная зона Рижского залива! Вместо влажного морского воздуха в легкие врывалось раскаленное дыхание пустыни. Вокруг — ни души!

Боже, как жарко! На мне теплая длинная куртка. Любимый рюкзачок рядом. Я потрогала мокрые от пота волосы. Сорвала шапку. Красная, вязаная, из ниток-букле…

Тут я окончательно вспомнила! Мне уже не семнадцать, а двадцать три. Какие бои без правил? Соревнования, где взяла первый приз, канули в Лету… Марек, моя первая любовь? Боже, я почти два года замужем за другим!

Понимание происшедшего проникло в сознание, заставив вздрогнуть. Боль сдавила горло, да так, что я не могла вздохнуть. Затем ушла в сердце… Я ведь только что умерла в холодном зимнем переулке, попав под колеса джипа!

Потекли слезы, моментально высыхая на щеках. Выплакавшись, почувствовала себя немногим легче, по крайней мере могу дышать, да и сердечный приступ больше не грозил. Что же со мной произошло? Осторожно ощупала голову, cняла пуховик, осмотрела руки, ноги. Каждое движение отзывалось болью в висках, но травм, несовместимых с жизнью, не обнаружила: никаких торчащих костей открытых переломов или запекшейся крови на спутанных длинных волосах!

Дернула за шнурок, вытаскивая серый камень: горячий, но не обжигал ладонь. Тонкая золотая цепочка мужа тоже никуда не делась. Заглянула в вырез трикотажного платья — на месте, где висел талисман, — красное пятно, но ни волдыря, ни обгоревшей кожи не заметила. Странно все это! Может, меня спас бабкин подарок? Наврядли! В гадальном салоне таких ‘заговоренных’ камней целая корзина — на все случаи жизни.

Слишком жарко… Я стянула шарф, кофту и теплые штаны, оставшись в светлом обтягивающем трикотажном платье до колена с длинными рукавами — в Риге зима же! Для профилактики солнечного удара вернула на голову шапку. Конечно, на жену бедуина не похожа, но какое-то время продержусь. Взглянула на сапоги. На них ушла половина ноябрьской зарплаты. Жаль, конечно, гробить дорогую итальянскую кожу об барханы, но не оставаться же босиком!

Я решительно дотянулась до рюкзака. Повезло, хоть в магазин успела забежать перед джипом! Достала две пачки молока и две бутылки минералки: покупала для экспериментов на муже, слышала, при кашле помогает теплое молоко с ‘Боржоми’. В магазине, на счастье, случился зрительный контакт с палкой копченой колбасы, сыром, хлебом и плиткой горького шоколада — вот и все запасы. Не густо, но могло быть хуже!

Открыла пачку молока, понимая, что все равно на жаре она долго не протянет.