Если по простому, с целью уменьшения выбросов в данном топливе уменьшают содержание серы, и оно становится лакомой пищей для различных микроорганизмов. Бактерии, микробы всякие, заставляют дизельное топливо портиться, и заражаясь этой гадостью оно распадается на составляющие. Здесь тоже не первый класс, но если отстоять, то вполне нормальная соляра.

За раз грузили по восемь бочек, и сделав уже шесть рейсов, перетащили оттуда почти десять тонн. Соляра нам была необходима. Не считая легковушек с дизелями; трактора, камазы, вся тяжелая техника, включая трофейный мт-лб, работала на дизтопливе, поэтому даже с наступлением зимы полёты не прекращали. Арифметика простая, тратим триста литров бензина, получаем полторы тонны солярки.

Пытались проехать на машинах, но напрямую — никак; леса, горы, куча речек и ручьёв, если бы летом, то ещё какие-то варианты, а осенью уже всё, только на тракторе. Самолёт в который раз выручал, что сейчас, что тогда — в ту июльскую ночь, вообще неизвестно чем бы всё закончилось. Итак потери огромные; только убитыми мы потеряли почти сто человек, плюс куча раненых — причем многие тяжело, некоторые на всю жизнь инвалидами остались. Страшно представить что было бы не заглуши мы им связь, и не отработай минометами... Так что, — как кукурузник выручал наших дедов и отцов когда-то, так и нам служит — верой и правдой.

Бандиты потом ещё долго вокруг кружились, третья группа, — та которую мы искали за речкой, ушла почти в полном составе, и естественно находились желающие попробовать «новеньких» на зуб, да ещё и шанс заполучить в качестве трофея самолёт как магнитом притягивал охотников за головами. Поэтому приходилось действовать кардинально, благо оружия и боеприпасов у нас теперь было в достатке. По возможности мы отлавливали таких «охотников», и оставляя одного в живых, на примере остальных показывали что ждёт того кто придёт к нам с мечом. Жалости к ним не было, более того, на роль «исполнить палача» — так это называлось, занимали очередь.

— Ну и ладно... — опрокинув остатки чая, дядя Саша натянул шапку, и поднялся на ноги, — пойду машину проверю...."

"После вынужденной посадки с поврежденным двигателем он особенно тщательно следил за состоянием кукурузника, штатной замены поврежденным деталям мотора у нас не было, поэтому чинили «по-колхозному», переделывая и подгоняя запчасти от другой техники. Естественно он переживал за переделки, тем более сейчас, после наступления морозов. Ведь несмотря на календарную осень — конец октября, столбики термометров показывали минус двадцать днем и под тридцать ночью, на высоте, естественно, было ещё холоднее.