— Если четырнадцатилетний мальчишка сумел в каком-то алмалыкском сарае собрать сверхпроводящий контур, то уж наша энергетическая промышленность как-нибудь с этим справится, а? — он задорно подмигнул.

— Да уж надеюсь, — улыбнулся я, невольно заражаясь его оптимизмом. — Думаю, о передаче электроэнергии на большие расстояния почти без потерь говорить рано — у нас просто не хватит редкоземельных элементов, но вот что касается выработки оной, здесь можно поднять значения в разы и за относительно короткое время.

— Обмотка, — сказал Пётр Степанович.

— Да, — подтвердил я.

— Причём не только электрогенераторов и электромоторов.

— Магнитные катушки, — сказал Пётр Степанович. — А значит, надёжные магнитные ловушки. Следовательно — термояд. Море дешёвой энергии.

Воистину, этот человек был на своём месте и ловил всё на лету. Что ж, ничего удивительного, в конце концов, насколько я успел узнать, он был не только умелым чиновником, но и доктором технических наук.

— Да, — снова подтвердил я. — Термоядерный реактор. А в недалёкой перспективе, надеюсь, и кварковый.

— Ну, это уже какая-то чистой воды научная фантастика, — вежливо улыбнулся Непорожний.

— Кварковый… Тут ещё не знаешь точно, существуют ли они в реальности, кварки эти, а ты — реактор!

— Эксперименты шестьдесят восьмого года в Стэнфорде, на тамошнем линейном ускорителе, доказали, что кварки существуют, — сказал я. — Шесть кварков для мистера Марка! [1] Нижний, верхний, странный, очарованный, прелестный, истинный.

— Ужас до чего у нас эрудированная молодёжь пошла, — пробурчал Пёрт Степанович. — В оригинале всё-таки три. Ладно, уговорил. Кварковый так кварковый.

— Тринадцатилетний, — сказал я.

— Что?

— Тринадцатилетний мальчишка собрал сверхпроводящий контур в алмалыкском сарае. Но не один, я с помощью товарища — почти ровесника и двух взрослых людей. Один из которых имел доступ к редким землям, а второй — мой дед — просто мастер золотые руки и лучший обмотчик электромоторов, которого я знаю.

— Так твой дед энергетик?

— Всю жизнь с электричеством дело имеет. Даже одно время был директором электростанции в Сибири. Думаю, вы с ним ровесники.

— Как его зовут?

— Ермолов Алексей Степанович. Он десятого года рождения.

— Действительно ровесник… Нет, — он покачал головой. — Не припомню такого. Но при случае передай ему мою благодарность.

— Обязательно. Может ещё и на работу его возьмёте, — ухватил я быка за рога.

— Хм. Может, и возьму. Где он сейчас?

— В Краснодарском крае, на пенсии. Пришлось уехать из Алмалыка из-за всех этих дел, связанных с гравигенератором.

— Что-то слышал краем уха…

— Расскажу при случае. Что касается деда…. Почему-то мне кажется, что ему скучно. Он деятельный у меня, рано ему на пенсию.