Худое тело судьи содрогалось, сухой дребезжащий звук разносился по залу скрежетом камней в карьере, и Алессандро отстраненно подумал, что Гордени недолго осталось. Люди, не обладающие магией, слишком быстро стареют.

«Как бы там ни было, но этот старик, возможно, переживет тебя на много лет» — шепнул внутренний голос, и Абьери почувствовал, как вокруг сердца обвилась холодная змея. Нет. Он так просто не сдастся. У этих червей нет никаких доказательств, кроме глупых выдумок и страхов.

— Ньор главный судья, могу я, как представитель обвиняемого, задать вопрос свидетелю? — вкрадчиво спросил Сарелли.

Старик вышел к возвышению и, по-птичьи склонив голову набок, посмотрел на Гордени.

— Задавайте, — с трудом отдышавшись, недовольно ответил Гордени, а Франческо оглянулся на Монтено.

— Значит, ты видел, как ньор герцог ночью разгуливает по двору в сопровождении своего пса? — спросил Сарелли, и Абьери прищурился, гадая, к чему тот ведет. Вчера, когда они обговаривали линию защиты, весь упор был на то, чтобы доказать, что в момент убийства он находился внизу, в окружении большого количества людей. Сарелли собрал подписи у всех, кто его видел, и уверял, что сумеет развалить обвинение.

— Истинно так, — закивал стражник.

На круглом, толстощеком лице застыл испуг.

— И что он в этот момент делал?

— Известно что, ходил.

— Просто ходил?

— Ну да.

— А с чего же ты взял, что ньор герцог сатану призывал?

— Так это… — толстяк смутился, а потом на одном дыхании выпалил: — Вероотступник он. Священника во дворце не держит, к мессе не ходит, молитву Господню не читает. Истинно вам говорю, ньор герцог дьяволом одержим и дьяволу служит. Вот и Джунио от его рук мучения принял, светлой души юноша был, ангельской.

Франческо набожно перекрестился и громко разрыдался, размазывая слезы трясущимися пухлыми руками. В зале снова поднялся шум, раздались выкрики, требующие сжечь приспешника сатаны, и Абьери с силой сжал кулаки. Как же ему хотелось вскочить с места и заткнуть поганые рты восставшей на него черни! Только и могут, что скопом на одного. Смельчаки…

— Сыночек мой! Джунито! — взлетел над общим гулом пронзительный крик Бьянки, и женщина громко разрыдалась, выкрикивая имя сына и угрожая Абьери небесными карами. — Гореть тебе в аду, приспешник дьявола! Люди! Чего вы смотрите, хватайте его! Иначе он и ваших сыновей убьет!

— Тишина!

Молодой судья громко стукнул по столу ладонью.

— Выведите несчастную мать, — велел он стражникам, и те принялись расталкивать людей, вытаскивая рыдающую Бьянку из зала.

Алессандро сцепил руки за спиной, пытаясь сохранить хладнокровие.