— Я не хотела, — произносит на грани слышимости. — Это… Прости.

— Иди-ка ко мне, ведьмочка.

И она идёт. Переступает осколки, позволяет увести от кухни подальше. В новой квартире остро пахнет краской, только закончен ремонт. Думаю, как бы Куколку не начало снова штормить, но кажется, ей этот запах в кайф.

Крылья носа трепещут, втягивает воздух. И улыбается, чертовка. Её перепады настроения меня доведут до могилы быстрее, чем какой-то Альфа-чужак. Думал, что при знакомстве девушка выдала весь свой спектр эмоций. А оказалось, что она ещё жалела меня.

Потому что сейчас, под конец седьмого месяця беременности, у неё просто американские горки. И у меня ощущение, что ремни безопасности не предусмотрены.

Могу прикоснуться к округлившемуся животу и получить довольную улыбку. А в другой раз Тая расплачется, что она поправилась и больше мне не нравится.

— Хорошо, — начинаю примирительно, подталкивая девушку к кровати. — Но ты понимаешь, что розовые стены в спальне — это ужас? Для ребёнка сойдут, но это же наша с тобой комната будет.

— Тебе жалко? — её губы дрожат, вся напрягается. — Ты говорил, что для пары можно всё сделать. А розовые стены не готов?

И я прекрасно понимаю, что это даже не попытка сыграть на моих чувствах. Дёрнуть Зверя, который вообще от своей самки не отходит.

У Куколки реально едет крыша с беременностью. И мне ещё месяц это терпеть. И убеждать, что это совсем не связанно с тем, что она просто Истинная. Повторять, как она мне нужна, насколько дорога.

Усаживаюсь у изголовья, разводя ноги. Девушка усаживается между ними, облокачиваясь на мой торс спиной. Накрываю её ладони своими, прижимая к животу. Лучше бы вернуться в момент, когда она седлала мои бёдра и мы всё обсуждали.

Но пока — только так.

— Если действительно хочешь розовый, то будет тебе розовый, без вопросов.

— Честно? — оборачивается, светится вся. Будто я ей пообещал достать диадему какой-то принцессы, а не пару литров краски. — Обещаешь?

— Да. Но больше перекрашивать мы не будем. Месяц назад ты хотела голубые. А до этого…

— Давай без напоминаний. Я прекрасно знаю, что доставляю тебе кучу проблем.

Наша песня хороша…

— Я хоть в полоску сделаю тебе стены. Ты же знаешь, как я тебя люблю, да? — веду носом по щеке, утыкаюсь в метку. Она затягивается, напоминая тонкую татуировку. А с другой стороны свежая, без следа магии. Просто мои метки. — Ты самая ценная ведьмочка в моей жизни. Куколка, я люблю тебя.

— Прости. Я знаю, что у меня психоз какой-то. Это просто…

— Медвежонок требует внимания, — получаю в подтверждение толчок в животе Таи. — И ты тоже требуешь. Это закономерно, я не буду любить тебя меньше из-за этих истерик. Куколка, ты знаешь, что ты делаешь?

— Глажу твою руку?

— Я в общем. Ты вьёшь гнездо, создаёшь уют.