Если бы только октопулос не догнал меня в пути… Вся жизнь могла пойти по иному сценарию. Может, и папа остался бы жив.

— И сейчас его высочество принц Ивейл отправился на бесплодные земли, чтобы… — В голосе капитана Эберда прорезалась злость. — Мы его остановим. Они не должны были далеко уйти!

Он встряхнул поводьями, пуская лошадь в галоп, и отец последовал его примеру. Они точно знали, куда направляются, потому что по рыхлому снегу тянулась цепочка следов коней принца и советника, проехавших чуть ранее.

Лошади взобрались на холм — хорошо знакомый мне холм, с которого и я сама обозревала окрестности перед тем, как спуститься к Разрыву, — и перед нашим взглядом предстали две темные фигуры.

Принц Ивейл спешился и оглядывался, пытаясь понять, нужное ли место он выбрал.

Конь отца вырвался вперед, летя вниз по склону.

— Стойте! — закричал отец. — Ваше высочество, остановитесь! Я все знаю! Я не позволю вам подвергать опасности жизни жителей Севера!

Я оглянулась на Тайлера. На бледного Тайлера, стиснувшего губы от безмолвной боли. Полковник Дейрон — не предатель. Не убийца. Он пытался защитить города, а не уничтожить их.

Граф Ромер выхватил меч. Отец спрыгнул с лошади и отцепил от пояса стик. Капитан Эберд встал рядом, но пока не вынимал оружие.

— Полковник Дейрон, вы забываетесь! — произнес советник с ледяным спокойствием. — Вы находитесь в присутствии сына императора. Ваш долг как офицера — подчиняться приказам, а не оспаривать их. Вы в полушаге от измены! Подумайте о дочери.

Граф Ромер не сомневался, что полковник Дейрон отступит. Он знал, на какие точки надавить. Отец — военный до мозга костей — всегда подчинялся приказам. Измена? Это не про него. А уж если речь идет о безопасности любимой дочери…

Мы смотрели глазами капитана Эберда, как полковник Дейрон покачнулся. Внутри него сейчас шла нешуточная борьба.

— Мой долг — защищать людей, — тихо сказал он. — Ваше высочество, уберите кинжал и поднимите руки.

Принц Ивейл струхнул не на шутку. Он мялся за спиной советника, и я вдруг ясно увидела, какой он жалкий. И этим человеком я восхищалась год назад? Трепетала, ждала встречи как чуда? Восхищалась его красотой? Всеблагой, где были мои глаза!

— Я… — проблеял он. — Ладно…

Принц вернул серебряный кинжал в ножны на поясе и задрал ладони.

На миг показалось, что проблема решена. Сейчас все мирно оседлают лошадей и вернутся в гарнизон. Да, отец рисковал своим будущим. Его могут отдать под трибунал, но по крайней мере совесть его останется чиста.

И в эту секунду граф Ромер издал яростный рык и, вскинув оружие, кинулся на отца. Тот не ожидал нападения, но не растерялся. Меч схлестнулся со стиком.