Если бы твои слова каким-то чудесным образом оказались бы правдивыми, то сейчас страдала бы ты, а не я. Не правда ли? — Лана снова оскалилась, переживая судорогу боли, прокатившуюся по ее телу, а потом поджала губы и процедила: — А знаешь, что я думаю, наш милый ключик? Ты почувствовала будущую связь с Рихардом.

— Что ты несешь?! — захрипела я.

— А что? С чего бы он перебрался к тебе жить? О-о-о, хочешь, я докажу тебе? — мерзавка подскочила слишком резво для той, кто испытывала приступ боли от потери связи к Марку.

Затем, не мешкая, она вскинула Рихарду опущенную голову, полоснула отросшими когтями по груди, проливая его кровь, и по щеке, не щадя бедного мальчика.

Я закричала изо всех сил и рванула навстречу, но тут же была притиснута к полу.

— Вот видишь? Тебе даже больно смотреть на это. Что и требовалось доказать. Вот ты с этим волчьем недоразумением и его отцом (если он, конечно же, был), решили заманить моего супруга и убить его. Ведь это очевидно, что во главе стаи этому щенку честным способом не встать!

Но сказать ей, что тоже начала переживать разрыв, я не успела, так как с громким криком Луна потеряла сознание.

Меня, больно пнув в спину, рванули вверх, напялили мешок на голову и повели из дома, не забыв при этом надеть какие-то странные кандалы. Я с удивлением потёрла запястья.

— Даже не пытайся перенестись. Это блокираторы. Ничего не выйдет, — тихо сказал бета.

А я поняла, что мой план сбежать вместе с Рихардом растворился в воздухе. И что теперь делать, я совершенно не понимала. Разве что ведьме я еще нужна… Все же столько «вложив» меня, она не захочет потерять такую возможность к открытию портала. Правда, теперь расстановка сил немного поменялась, что на самом деле с Марком было неизвестно.

Но я все же надеялась, что он не мертв и борется за жизнь. Интересно, откуда у Ланы такие наручники? Сдается мне, что ведьма ведет двойную игру даже сейчас. Она точно помогает этой твари, вынуждая меня отыскать путь на Варрес. А все то, через что я прохожу, это ничто иное, как способ показать, насколько она изобретательно и убедительно может действовать. Но вопрос, почему именно я могу выудить информацию о Варресе, остаётся открытым. Не думает же она, что я куплюсь на ее слова? Не верю ей. Здесь точно что-то не так…

Только вот от осознания этого факта, легче не становилось, как и от признания того, что я совершенно бессильна перед ней. Отвратительное чувство — быть марионеткой в руках умелого и сильного кукловода — не покидало меня.

Ехали мы недолго, и вскоре нас выволокли из машины. А потом меня толкнули в спину, и я полетела вниз, больно ударившись коленями об утрамбованный земляной пол. Я сдернула мешок с головы и увернулась от падающего Рихарда, который с глухим стуком тоже упал на четвереньки.