— Я вынырнула из воспоминаний и наконец положила в дорожный саквояж неразрезанную книгу, которую собиралась читать в пути. — Ты что-то хотела?

— Ага. — Пухленькая, розовощёкая горничная вроде бы совсем недавно поступила в услужение и ещё не успела проникнуться духом строжайшей субординации. — Можно вас спросить?

Мне захотелось возвести очи горе, однако я сдержалась и разрешила:

— Спрашивай.

— А вы, это, далеко уезжаете-то?"

"Остальные горничные, делавшие вид, что ужасно заняты укладыванием бального платья в сундук, тоже навострили уши.

— В Колдшир. — Я не видела смысла что-то скрывать. — Это в Хайланде.

Платье с тихим шелестом выпало из двух пар одновременно выпустивших его рук.

— Да вы что, госпожа! — Джейн прижала ладони к щекам, с которых сбежал всегдашний румянец. — Ох, бедная, бедная леди Мэриан!​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

Глава 3

Я наморщила лоб. Мэриан ничего не знала о Колдшире, да и о Хайланде имела весьма смутное представление. Северо-запад королевства, море, леса, горы. Климат не самый мягкий, но и не Норильск какой-нибудь. Так почему бедная?

— Почему бедная? — вслух повторила я, и горничные синхронно распахнули глаза в изумлении от вопроса, ответ на который был им очевиден.

— Это же самые задворки королевства! — выпалила Джейн. — Медвежий угол!

— И вокруг сплошные дикари и разбойники, — подхватила другая служанка. — Один Безликий Родди чего стоит! — И, для пущей жути понизив голос, добавила: — А как они относятся к женщинам — просто кошмар!

— И ещё тепла там от силы три месяца в году, — внесла свою лепту третья горничная. После чего резюмировала: — Хуже места для благородной леди и не придумаешь, точно вам говорю.

С последним я могла бы поспорить. Двух недель в столице мне за глаза хватило, чтобы убедиться: худшее место для благородной леди, не обладающей акульей хваткой и пристрастием к сплетням и интригам, именно здесь. С дикарями и разбойниками хотя бы всё понятно сразу, в отличие от столичного высшего общества.

Однако высказывать своё мнение я, естественно, не стала, отделавшись пожатием плеч.

— Такова воля лорда Каннингема. — И вернулась к сборам, подав горничным знак, что делу время, а пустопорожней болтовне час.

И тем не менее оставила в уме зарубку: до отъезда расспросить Бэрридона об этом Колдшире поподробнее.

Бэрридон, которого я всё порывалась назвать Бэрримором, как и персонаж Конан Дойля, служил в особняке дворецким. И отношения у меня с ним были не в пример лучше, чем с Грейс.

А началось всё с достопамятной щеколды.

***

Благодаря чужой памяти я знала: с интересующим меня вопросом надо обращаться к дворецкому.