Почти сразу после этого от подступившего пожара взорвалась четвёртая динамитная шашка, которую преступница оставила возле вашего кабинета, леди Каннингем.

Ну да, точно. На всякий случай я заперла его на время праздника, и у Бренды не было возможности поджечь бумаги. Однако она всё равно нашла выход.

— Но по какой-то причине, — тем временем продолжал инспектор, — основная мощь взрыва пришлась на стену коридора, выходившую в сад. Падение обломков… — здесь Трейси замялся, словно подбирая формулировку, — привело к гибели находившегося внизу лорда Каннингема. Таким образом, кроме нанесения серьёзного вреда имуществу владельцев Колдшира, Беккер и Доултон обвиняются в убийстве высокородного лорда.

— Тимми тоже обвиняют? — Что бы я ни испытывала к мальчишке, обвинение было слишком серьёзным. — Он же ещё подросток!

— Он террорист и бандит, — холодно поправил Трейси. — Я ведь упомянул, что Доултон состоит в шайке Безликого?

Я сжала губы, чтобы не высказать лишнего, и инспектор, не дождавшись новой реплики, заговорил дальше:

— К сожалению, пока о местонахождении Тима Доултона нет никакой информации. Скорее всего, он вернулся к Безликому и, когда разбойники будут схвачены, ответит и за это преступление.

— И когда это случится? — ровно уточнила я. — Что там с нападением на того торговца, кстати? Надеюсь, с Райли уже снято нелепое обвинение?

Трейси моментально занял глухую оборону.

— К сожалению, у меня было не так много времени, чтобы заниматься и этим делом тоже, — начал он.

И я перебила:

— Однако, как я полагаю, это вторая причина, из-за которой вы здесь.

Инспектор кивнул и, явно скрепя сердце, произнёс:

— Леди Каннингем, прежде всего я должен взять у вас показания о том, что случилось двадцать пятого юлиуса сего года. Будьте любезны рассказать мне всё и со всеми подробностями.

Я едва заметно пожала плечами и в тон ему заговорила:

— Тем утром конюх Барк сообщил мне, что…

Вспоминать историю с дуэлью было странно. Как будто я не участвовала во всех этих событиях, а прочла о них в книге, а теперь пересказываю Трейси увлекательный сюжет. Но судя по всё более скучневшему лицу инспектора, тот был настолько хорошо знаком с историей, что она успела навязнуть у него в зубах. И когда я закончила, он не задал ни одного уточняющего вопроса, ограничившись лишь формальным:

— Благодарю вас, леди Каннингем.

— Всегда рада сотрудничать с полицией. — Я произнесла это самым простодушным тоном, однако собеседник всё равно посмотрел на меня недоверчиво. — Так что с обвинением Райли?

— Скорее всего, — инспектор говорил с жуткой неохотой и даже не пытался её скрывать, — оно будет снято.