На автомате я подпрыгнул, извернулся и попытался ударить свободной ногой пустое пространство, и тут же вскрикнул от нового укуса в плечо.

Дернул рукой, начал бить себя по лопатке, пытаясь сорвать того, кто все глубже и глубже вгрызался в мою спину.

— Подавился что ли? Похлопать? — за спиной раздался голос Гидеона.

— Очень смешно, — прохрипел я, чувствуя, что еще пара ударов и я просто рухну на пол, — Мелочь есть? Дробь хотя бы?"

"Гидеон либо сразу понял, что я хочу либо адекватно оценил, что мое время, слушать шутки закончилось, но и мелочь и патрон с дробью у него нашелся сразу.

Начав нараспев читать какую-то молитву, он подбросил в воздух надо мной горсть монет, одновременно щелкнув курком своего «Ле Ма», переводя его в режим стрельбы дробью. Монетки еще блестели в воздухе, и он выстрелил в противоположную стену. И сразу же бросился из комнаты.

— Жги, профессор, — подбитая челюсть еле повернулась, чтобы поддержать мысленный приказ.

Облако монеток замерло, задрожало, а потом сталкиваясь и звеня разлетелось во все стороны. Как шрапнель кромсая стены вместе с зеркалами. Эффектно, но мало.

Я вернул все обратно, заодно, с тугим усилием, выковорив все дробинки, засевшие в штукатурке после выстрела Гидеона. Стальной рой разросся, дробинки вибрировали от силы, одолженной у профессора.

Получилась прямо настоящая жужжащая стая бешеных пчел, которую я превратил в локальный множественный пинбол. Целиться было некогда, голова гудела от боли, поэтому я просто хлестал стальной мелочью по стенам. Рикошетил, подгонял и менял траекторию.

Остановился, только когда понял, что в комнате остался всего один источник света — мой фонарь, тихонько коптивший в углу комнаты.

Покойник кучей грязного тряпья валялся посреди комнаты. Монетки не только перебили веревку, но и превратили его жутко смердящий дуршлаг из полуразложившихся органов. Дышать этим было невозможно, я пошатнулся, падая в сторону выхода, но меня подхватил Гидеон.

— Учись силу дозировать, — священник впихнул в меня маленький пузерек с лечебным сиропом, — И на ногах бы остался и здесь почище бы было.

«Вот, вот, полностью поддерживаю…» — фыркнул профессор: «…силушка-то не дармовая, между прочим.

На всех не напасешься…»

Я чуть не задохнулся от наглости. А ничего, что сила-то моя? Пригрел в душелове паразитов. Но, что ни говори полезных. Не если выживу, а когда зеркальную гопоту изведем, первым делом профилактическую беседу проведу. К деду в моторку отправлю на перевоспитание. Вторым делом, возьму за правило, всегда с собой патрон с дробью в кармане носить. Еще в великом фильме всех времен и народов: «Последнем бойскауте» патрон даже без оружия работал, и у меня уже и со Жнецом прокатило, и теперь.