— И долго нам еще ждать? — чуть скривился Руслан, выбрасывая на стол еще горячие пули из литка.

— Гонец неделю назад выехал. Думаю, еще неделя, и все станет ясно, — пожал граф плечами.

«Ну да, при наших просторах, это не так уж и долго», — хмыкнул Руслан про себя.

— И все-таки, Руслан Владимирович, почему вы избегаете общества? Вы молоды, сильны, здоровы. В конце концов, это даже неприлично. В вашем возрасте не искать общества женщин неестественно.

— Вы рожу мою хорошо видите? — зло хмыкнул Руслан в ответ. — Да мной только непослушных детей теперь пугать.

— И все? Только это? — вдруг удивился Рязанов.

— А по-вашему, этого мало? Забыли, что встречают обычно по одежке?

— Это все правильно, — кивнул Рязанов. — Но только и вы, Руслан Владимирович, забыли, что оказались на Кавказе. А тут без шрама и офицера за офицера не считают. Шрамов нет, значит, и в бою не бывал.

— Вы это серьезно? — растерялся Руслан.

— Как бог свят, — истово кивнул граф. — Самому иной раз стыдно.

— А вам-то чего стыдиться? — не понял Шатун.

— Ну как же. Десять лет тут служу, а рожа все еще целая. Одна отговорка, что служба у нас особая.

В нашем деле прежде головой думать надо, а уж потом шашкой махать.

— Твою мать, не знаю, плакать или смеяться, — проворчал Руслан растерянно.

— С чего бы? — не понял Рязанов.

— Шрамы получают в бою, но подобные отметины — это свидетельство или неудачи, или собственной ошибки, — пояснил Шатун.

— И что есть что? — заинтересовался граф.

— Неудача — попасть под разрыв снаряда из пушки или случайную пулю словить, притом в бою не участвуя. А ошибка, это когда ты противника недооценил, и он тебе такую отметину и оставил.

Сам виноват. Помнить надо, что на силу всегда иная сила найдется.

— Гм, в таком ключе я о подобном не думал, — оценил штабс-капитан. — Но это не отменяет необходимости вывести вас в свет.

«Вот ведь уперся», — раздраженно подумал Руслан.

— И не надо так кривиться, Руслан Владимирович, — понимающе усмехнулся Рязанов. — Все одно это придется когда-то сделать. Так почему не теперь?"

"— Ну, как я уже сказал, прежде нужно на руки бумаги получить, в должность вступить, мундир пошить, а потом уже можно и в свет. А так и вправду какой-то самозванец получаюсь.

Чуть копни, никто и звать никак. И потом, в качестве кого вы собираетесь меня представить? Откуда я взялся и почему весь в шрамах?

— Вот давайте вместе об этом и подумаем, — тут же предложил граф.

— Ну, Тишинской вы меня сразу подпоручиком представили, значит, всем уже известно, что у вас появился некий офицер в подчинении. От этого и плясать надо, — пожал Руслан плечами. — Хотя, откровенно говоря, я считаю, что со званием вы несколько поторопились. Его ведь пока не подтвердили.