Тут были и мэр, и его советник, и директор со всеми учителями, и представители родительского комитета. Каждый хотел высказаться, а других слушать не хотел.

Четвёрка откровенно дремала в креслах, а взрослые всё больше распалялись. Темнота за окнами стала чернильной. Казалось, никто не может навести здесь порядок даже с рупором. Но он не понадобился.

Когда на пороге показался невысокий силуэт, все вдруг затихли. Лица вытянулись от удивления, послышался шёпот:

– Смотри, смотри!

Со стороны могло показаться, что в городскую управу явилось привидение: белое пальто, сама бледная – под цвет, косынка в тон бежевому шарфику и совершенно седые кудри. Белые Букли оглядела сидящих, удовлетворённо кивнула сама себе и без приглашения проследовала прямо на сцену.

– Здравствуйте! – Старушка осторожно сняла косынку.

Мэр кашлянул:

– Здравствуйте!

– Я отдаю под школу свой дом! – решительно заявила Белые Букли.

Зал замер. Никто не знал, как реагировать. Старуха сошла с ума?

В глазах её зажглись искорки. Она прекрасно понимала, какое производит впечатление, и это её страшно забавляло.

– Конечно, мало кто помнит, что моё девичье имя – Эдит Ландау. Хотя прозвище, что вы мне дали, довольно милое! – Белые Букли подавила улыбку. – Я передаю в собственность города свой особняк. Там выйдет отличная школа, раз уж вы спалили мою предыдущую!

Сначала участники собрания окаменели, все как один. Богачи Ландау поколениями жили в знаменитом особняке. Потом зал взорвался аплодисментами. Артур, Виола, Роза и Люк услышали перешёптывания в первых рядах:

– Обалдеть! Мне бабушка рассказывала про чудачку, которая вышла то ли за кучера, то ли за швейцара. Но я думал, она померла давно, а наследникам дела нет!

– Точно, ведь нам говорили, что старую школу построили владельцы особняка. Мне всегда так хотелось на них посмотреть!

Белые Букли нащупала на стойке перед собой кнопку микрофона. В динамиках затрещало.

– Чтобы пресечь сплетни и домыслы, я расскажу всё. Видимо, время пришло… – смущённо сказала хозяйка особняка. – Этот дом, да и вся наша Трясина мне очень дороги. В этом доме я прожила свои лучшие годы, а когда мой дорогой Арчи умер… Да, кстати, он был кучером, вы не ошиблись.

Мужчина с чёрными усами, который сидел в первом ряду, смущённо опустил глаза."

"– Когда мой дорогой Арчи умер, я не смогла там жить, потому что там всё-всё напоминало мне о нём. Я уехала не потому, что там есть привидения! По крайней мере, я их не видала. А теперь я думаю, что замечательным детям Трясины больше не нужно пропускать любимые уроки, а тем более куда-то уезжать. Пригласите вашего юриста, мы завтра всё с ним обсудим.

Последние слова предназначались мэру, который был вне себя от радости, что проблема так легко решилась.