Эй, ты, слышишь меня? Весту позови! — велела, презрительно скривившись и взмахнув рукой, словно отсылая просящего милостыню попрошайку.

Гилберт от такой метаморфозы своей ненаглядной «девы в беде» подавился воздухом и отчаянно закашлялся.

— Лорд Поллоу, что с вами? — немедленно переменилась в лице Кларисса, а ее голосок снова стал нежным и ласковым.

Вот же лицемерка. Прямолинейным отцу и старшему брату стоилo у нее поучиться.

Не меняя позы, Мартин поднял взгляд ко все еще ждущему на пороге гвардейцу.

— Попросите кого-нибудь из слуг принести мне кофе, пожалуйста.

— Передам, — кивнул тот, слава богам, без лишних экивоков, и скрылся в коридоре.

Кларисса же осуждающе покачала головой.

— Вы слишкoм добры, лорд Викандер.

Да неужели?

— Да-да, не спорьте, — поспешила заверить девушка, заметив выражение его лица. — И тем больше вызывает восхищение, что, несмотря на свое мягкое сердце, вы все же не проявили милосердие к врагам. Скольких вы убили сегодня? Двоих? Троих?

Твою ж мать, ей уже и об этом известно?

Мартин молча перевел взгляд на Поллоу. Тот заерзал и виновато поҗал плечами.

Вот же придурок. Еще бы сводил ее в подземелье и продемонстрировал ковер из кишок…

Март хотел уже было возразить, но вдруг передумал. А может, оно и к лучшему. Кому будет хорошo от того, что мир узнает, что убийства — дело рук Линдена? Точно не самому Линдену.

— Сколько успел, — ответил Клариссе с фальшивой улыбкой.

Девушка испустила вздох восхищения и накрыла губы кончиками пальцев.

Мартин едва не закатил глаза. Кто учил ее этим женским «премудростям»? И неужели она всерьез рассчитывает, что это сработает?

Прибежала служанка, принесла обещанный кофе и, коротко кивнув в ответ на благодарность, унеслась прочь. В дверном проеме снова мелькнул гвардеец, проследивший, чтобы та никуда не свернула и вернулась на кухню.

— Кстати, леди Айрторн… — Мартин взял со стола чашку и откинулся на спинку кресла, перекинув ногу на ногу. — Давңо хотел вас спросить…

Кларисса мгновенно подобралась и, сложив руки на коленях, с готовностью закивала, не забыв улыбнуться одной из своих невинных улыбок, которым, похоже, верил только Гилберт.

— Почему, прося за себя и мечтая покинуть отчий дом, вы ни словом не обмолвились о своем младшем брате?

Улыбка сошла с ее лица, а между бровей появилась морщинка.

— Миклене? — спросила девушка озадаченно. — Или о Зеннене?

— О Линдене, — уточнил Март на сей раз без намека на улыбку.

Взгляд юной Айрторн заметался по комнате.

— Но я… Я не думала…

Мартин поощрительно приподнял бровь.

— Не думала, что вам может быть это интересно.

— Действительно.

Но та даже не заметила издевки в его голосе; закивала.