Видно, хозяину требовались наличные деньги, и он спешил сбыть все, что можно, до отъезда, до смены власти.

В буфете я выпил горячего чаю, хотя хотелось горячего мяса. Постояльцам предлагали неплохой обед, но не было желания видеть кого-либо из моих товарищей – пришлось довольствоваться бутербродами с ветчиной и горчицей. Однако не удалось – столкнулся с Чекилевым. Я не успел ничего спросить, как он сказал, что идет за папиросами.

– Моего сорта у них нет, – он оглядывался, хлопая себя по карманам.

Официант, слышавший нас, поднося спички, с небольшой обидой сказал, что все наилучшие сорта имеются.

– Чего еще изволите? Можем предложить господину офицеру доставить все нужное в номер.

Но Чекилев только махнул на него рукой:

– Ну все равно, хочу пройтись.

И вышел. Беденко и Шеховцев были тут же. Не разговаривали, но присматривали друг за другом. Они мне все довольно сильно осточертели, я чувствовал, как устал. Чего доброго, они бы еще завели разговор о смерти ЛК! Почти на ходу кивнув, я коротко узнал у Шеховцева о его арестованном знакомом. Он ответил, что, скорее всего, все-таки обознался. Не задерживаясь, я поднялся в свой номер.

Впервые я жил с такими удобствами. В моем двухкомнатном номере была отлично оборудованная современная ванная комната – с кабиной душа, газовой плиткой и медной ванной, на которой помещалась газовая колонка для подогрева воды. Кишка душа несколько раз срывалась, заливая меня то горячей, то ледяной водой. Отличный аккорд в завершении этого дня! Я решил, что пущу воду в ванну погорячее и пока не буду думать об этой треклятой телеграмме. Черт побери, эти несколько слов, из-за которых человека убили и искалечили, из-за которых, я уверен, погиб ЛК.

Проснулся я, наверное, от холода, ванна, где я сам не заметил как уснул, совершенно остыла. Видимо, было уже довольно поздно: за окном – абсолютные чернила, из коридора не доносилось ни звука. Вдруг я услышал, как стукнула дверь. Показалось, что в соседний номер, где живет Беденко. Интересно…

С момента приезда он не отлучался из гостиницы. После спора из-за того, с кем останется портфель и запирать ли его в гостиничный сейф, было решено, что посменно портфель будет находиться у всех членов отряда.

И всегда – под непременным присмотром казаков-часовых, которые сменяли друг друга. Беденко и Чекилев демонстративно потребовали смежные номера. Я, разумеется, тоже взял номер рядом – прямо напротив. Соседний занял Матвей Шеховцев. Портфель никто не намерен был выпустить из вида. С тех пор Беденко не спускался даже поесть в ресторан."

"Мне пришло в голову, что, пожалуй, я рано сдался и вполне могу попросить его помочь мне разузнать о телеграмме. Он под подозрением, как и остальные, довериться полностью – риск.