И даже не поморщусь и на жалобные стоны не кольнусь. Каждый причастный получит по заслугам.

— Законник хренов, — недовольно фыркает Столетов, прихлебывая из чашки. Охает, обжигая рот. Морщась, подхватывает со стола телефон и быстро набирает кому-то сообщение.

Мой айфон тоже жужжит у меня в кармане.

— Ты мне пишешь? — усевшись за стол, роняю я насмешливо.

— Спецам, — бухтит Богдан под нос.

«Как Валечка? — приходит сообщение от Маргариты. — Вы ей сказали?»

«Да. Она вспомнила Алену».

«Я хочу повидаться с ней и с племянницами. Это возможно?»

«В любой момент. Кстати, Рита, Лера очень хочет встретиться с бабушкой и дедушкой. Можете организовать? Все и повидаетесь».

«Конечно. Они в понедельник вернутся из санатория. Мы с мамой их немного подготовим и приезжайте. Кстати, мама все рассказала Федору. Он хочет с вами поговорить. Когда удобно?»

«В любое время».

«Тогда откройте калитку».

Нормальный поворот! А если бы я заснул вместе с Лерой? Или утопил телефон в унитазе? Федя Анквист так бы и стоял у меня под воротами? Или бы ко мне были бы применены более тонкие манипуляции?

Ощерившись, бью кулаком по столешнице. Удар получается слишком громким. На своей постилке, трепыхнувшись, садится Байк и смотрит на меня удивленно.

Дескать, ты чего хозяин? У нас же дети малые спят. Лерочка.

— У нас гости. Пропустите, — даю я распоряжение охране.

— Кто там еще? — удивленно подается вперед Богдан.

— Федор Николаевич Анквист решили навестить нас по-родственному.

— В ночи? — удивляется Столетов. На ходу натягивает футболку.

— А что делать? — пожимаю я плечами. Неохотно плетусь к выходу. Нет у меня сейчас душевных сил бодаться с Федей. Нетути! Все вышли.

Но мой самый главный клиент входит в дом нерешительно.

— Извините за беспокойство, — бодро начинает с порога большой сильный мужчина. А заметив вышедшего из кухни Столетова, прищуривается враждебно.

— Так, Тима, — велит Анквист мне хрипло. — Этого отсюда убрать.

— Так, Федя, — повторяю я насмешливо. — Никто никого не убирает, — предупреждающе зыркаю на вставшего в стойку Богдана. — Дел полно. Не до ваших разборок сейчас.

— Он мне нос, между прочим, сломал, — жалуется Анквист, потирая безупречный шнобель.

— И еще сломаю, — воинственно рыкает Богдан.

— Брейк, пацаны, — поднимаю обе ладони в миролюбивом жесте. — Хорош, трепаться. Дел за гланды.

Анквист выдыхает первым. Прямо в обуви проходит на кухню. И растерянно смотрит по сторонам.

— А Валюха где?

— Лера спит, — цыкаю я глухо.

— Терпеть не могу это имя, — морщится Федор.

— Она привыкла к нему за шестнадцать с половиной лет. Советую это учитывать.

Но елы-палы! Имя жены меня беспокоит меньше всего. Для меня она Валерия на веки вечные. Кто считает иначе, пусть идет в пень со своими проблемами.