И я буду мстить вам, всем до последнего! Буду грызть ваши глотки, перегрызать жилы, пить вашу кровь!

Вот сейчас он поверил, причем целиком и полностью, до конца. И от осознания правды, его затрясло, как в приступе лихорадки, а ноги перестали держать тело. Я отпустил его китель, и Лют осел на пол, прислонившись к стене.

- Не может быть, я не знал! Я уже четыре года не вылезаю из рейдов и понятия не имею, что творится на суше! Поверьте мне!..

- Имя! Должность! – потребовал я вновь, и на этот раз он ответил.

- Вольфганг Август Ойген Лют, корветткапитан, командир подводной лодки U-181! – четко, как на плацу, ответил офицер.

- Куда следуете?

- Возвращаюсь из дальнего похода. За семь недель мы прошли восемь тысяч миль, миновали Ирландию и Францию, прошли мыс Доброй Надежды, после дошли до северного побережья Африки и пошли на восток материка, но я побоялся, что кончатся топливо и торпеды, и отдал приказ возвращаться назад. Обратный путь занял меньше времени, мы шли почти без остановок.

- Вы сказали, «кончатся торпеды»? – удивился я. – Все израсходовали?

- Осталось лишь две, - вновь горделиво задрал подбородок Лют, - и то потому, что я их очень экономил и воевал своим методом.

Я заинтересовался.

- Подробности! Кого потопили? Даты? Способ?

Лют задумался:"

"- Мне бы судовую книгу, я бы ответил более точно. Навскидку: американский рудовоз «East Indian», «Plaudit», «Meldahl», пароход «Excello», норвежский трэмп «Gunda», греческий корабль «Corinthiakos», американский сухогруз «Alcoa Pathfinder», пароход, кажется, опять греческий, «Mount Helmos»… еще кого-то… а потом у меня была очень странная неделя. Понимаете, с одной торпеды сложно затопить большой корабль, а торпед у меня оставалось немного… поэтому я начал применять иную тактику: топил корабли не торпедами, а расстреливал из всех орудий в надводном положении… воды там спокойные, на помощь им никто не приходил.

- И как, удачно? – поразился я столь оригинальному подходу к делу.

- За неделю – четыре торговых судна! - приосанился капитан и даже попытался встать на ноги. – Но потом решил, что пора и честь знать, и мы повернули к родным берегам. Совсем немного не дошли, услышали сигнал о помощи, отправились на выручку… дальнейшее вы знаете.

- Приходилось ли вам топить советские суда?

- Не припомню такого, - пожал плечами Лют.

– Мы действовали в основном в тех морях, где ваших нет… много британцев на дно отправили. «Empire Whimbrel», «Tinhow», «Harrier», «Hoihow», «Empire Lake» - всех и не упомнишь без судового журнала… кстати, вы не очень-то походите на русского…

Он был прав. В немецкой форме офицера «Люфтваффе» я точно не был похож на простого советского человека. Тем не менее, я им был.

Что же, если капитан не врал, то наших он не топил, а до англичан, американцев и прочих мне было мало дела.