А потом я просто сел на него сверху и коснулся кулаком подбородка, обозначивая удар, но не проводя его.

Близнец все осознал и более не дергался.

Выждав четверть минуты, я поднялся на ноги. Вокруг раздались аплодисменты. Коммандос по достоинству оценили оба поединка.

- Что это было, мистер? – с гораздо большим уважением во взгляде, чем прежде, поинтересовался сержант.

- Боевое самбо, - пожал я плечами, - советская борьба. Самый прогрессивный вид спорта.

- Мы здесь привыкли отдавать предпочтение боксу, но теперь я вижу, что нужно расширить спектр и уделить внимание и другим наукам.

Сэр, если вы пробудете на базе некоторое время, могу я попросить вас о двух-трех уроках для моих ребят? Да и для меня тоже, чего уж скрывать…

Я пожал протянутую руку."

"- Буду рад помочь, сержант. Но все зависит от коммандера Флеминга.

- Который вас давно ждет, - раздался чей-то ровный голос. – Но я совершенно не против, если мистер Иванов даст всем нам мастер-класс по рукопашному бою. Кажется, его методика ведения схватки на целую голову опережает нашу.

Ян Ланкастер стоял метрах в пятнадцати и наблюдал за всем происходящим с невозмутимым выражением на лице.

Только что на его глазах трех самых опытных коммандос побил обычный танкист, особо при этом не напрягаясь. Для любого командира это был бы явный удар по самолюбию, но Флеминг, кажется, окончательно зачислил меня в разряд небожителей, поэтому принял исход схватки, как само собой разумеющийся факт.

- Буду рад, - кивнул я, поднимая с земли куртку.

- Вот и славно, а теперь пройдемте со мной. О'Хара, вас это тоже касается.

Ирландец вновь покраснел, на этот раз смущенно.

Пока мы шли по территории, я спросил у Флеминга:

- Как там наши подопечные? Надеюсь, с ними все в порядке?

Он внезапно открыто улыбнулся:

- Миссис Джаггер искренне благодарит вас за помощь! Она чувствует себя гораздо лучше, раны оказались, хоть и болезненны, но не опасны. Через месяц-другой она вновь встанет на ноги. Мы поместили ее в госпиталь, там ей окажут необходимую помощь.

- А младенец? – полюбопытствовал я, вспоминая крикливого малыша.

- С малюткой Майклом Филиппом тоже все хорошо. Если бы он умел говорить, то несомненно передал бы вам слова признательности за спасение.

- Славно… - кивнул я, обрадовавшись. Потом что-то щелкнуло у меня в голове, я вспомнил большеротого ребенка и решил уточнить: - Вы сказали, Майкл? А как его ласково называет мать?

Ян удивился, потом задумался, наконец, ответил:

- Честно говоря, бог его знает… Мик? Микки? Это важно?

- Не то чтобы очень… получается, я спас Мики Джаггера. Секс, наркотики и рок-н-ролл! Не благодарите!

- Что? – опешил Флеминг.