Доче привет, пошёл я отмечать освобождение!

Подъезжаем и… Вот это хохма! Рядом с комком небольшой магазинчик, где продаются… та-дам… кубинские сигары и ром! Можно было не тащить всё с самой Кубы, а прямо здесь, в Москве затариться. Захожу и… класс! Никаких акцизных марок, ничего не наклеено. Сделано в Республике Куба.

Беру четыре коробки сигар и восемь бутылок Рома, стратегический запас. Буду закреплять за собой репутацию кубинца.

В комиссионном выбор неплохой. Даже видеомагнитофон имеется. Только что на нём проигрывать советскому гражданину, совершенно неизвестно. Ну и ладно, мне не он нужен, а простой транзисторный приёмник.

В зале толпятся люди, рассматривают, прицениваются.

— Здравствуйте, мне нужен приёмник, — обращаюсь я к продавщице, а сам уже всматриваюсь в технику, выставленную на полке.

— Какой?…

В итоге я выхожу из магазина с небольшим, но красивым «Нэйшнл Панасоник Р-404» за «жалких» сто двадцать рубликов.

— А что ж так дорого?

— Молодой человек, брать будете?

Буду, конечно. Заверните.

У подъезда дома стоит Наташкина машина.

— Ребят, — говорю я парням, — мне нужен полный отчёт по Марине.

— По Наймушиной? — уточняет Алик.

— Да, по ней. Когда пришла, когда ушла. Скажите там милицейским братьям, пусть записывают. Вы-то мотаетесь, не всегда на месте бываете, а они постоянно здесь. Хорошо? Пообещайте премию небольшую.

— Ну что? — спрашиваю я, заходя домой?

Наташка стоит в шикарном тёмно-бирюзовом брючном костюме и в туфлях на сумасшедшей платформе.

— Берет прекрасен! — восклицаю я. — Как же тебе идёт!

— Какой берет? — не понимает она.

— Это цитата из «Трёх мушкетёров». Значит, я восхищён. Надеюсь, это не единственная покупка?

— Нет, — смеётся она и показывает на целый ворох одежды на диване. — Точно не единственная. Галя меня заставила, я не виновата. Тебе, кстати, тоже кое-что купили.

— Отлично! Давай, позвони своему батюшке, а потом я лягу на диван, а ты устроишь большую примерку и дефиле.

— Его выпустили? — загораются Наташкины глаза.

— Говорит, что выпустили.

Она подлетает к телефону и начинает набирать номер.

Не так быстро, не так быстро…

Я забегаю в ванную и включаю приёмник. Переключатель в положение УКВ-1… так… Кручу ручку. В ванной я прячусь для чистоты эксперимента. Вдруг ещё где-то есть жучки, тогда можно спалиться, прослушивая телефон там где стоит другой микрофон.

Кручу… Кручу-верчу, обмануть хочу. Шорохи, щелчки и потрескивания. Вещание в этом диапазоне не ведётся, так что ни «Маяков», ни «Юностей» здесь нет, а только частные переговоры граждан… О-па! Есть!

— … Егорию, что он молоток! — раздаётся нетрезвый голос Гены.