— Она, герр майор?

— Думаю, что я не ошибаюсь, Майерс…

Когда резко оборвались за лесом пулеметные и автоматные очереди и наступила пугающая своей неопределенностью тишина, я обессиленно опустился на песок. Нет, в душе-то, разумеется, не имелось особенных сомнений в том, что Гадалка и на этот раз сможет хитро выскользнуть из-под ответного огня противника. Ведь и ее напарник тоже некоторым образом не самый распоследний лох в своем деле. И все же… всегда остается какая-то вероятность случайности. Да и просто по закону больших чисел, хотя бы одна из нескольких сотен пуль, пусть и ненароком, не прицельно, но может зацепить того, в кого их все и выпустили. Пусть американцы носятся со своей тактикой «подавления огнем», как дурень с писаной торбой, но ведь и их противники тоже несут потери! Стало быть, что-то все же и попадает…

Пару минут я прислушивался.

Тихо…

Но вот!

Та-тах! Та-тах! Тах!

Рванули воздух короткие очереди.

Два раза по пять… Добивают?

Кого?

Не в привычках Галины стрелять очередями, да и не из чего ей.

Михалыч?

У него-то автомат есть, да и стрелок он отменный… Нет. Не он. Именно потому, что отменный стрелок. Пары выстрелов хватило бы. Да и ни к чему снайперу подранка добирать, пусть уж с ним лучше товарищи подстреленного повозятся, все меньше их на нашу долю останется.

Нет, это не наши стреляли.

Краем глаза ловлю вопросительный жест Грача — он кивает в ту сторону. Мол, пойдем, командир, поможем?

Но наша позиция здесь… Тут уже кое-что успели подготовить для встречи «дорогих гостей», и бросать это место сейчас — крайне неразумно. Встречный бой при явном численном перевесе противника… это, знаете ли, очень эффективный способ самоубийства.

Да и мало нас. Одного не отправить, толку-то с него? Ни вытащить раненого, ни отбиться, как положено. А отправить двоих, так кто тут будет оборону держать?

— Командир! — это Ворон. — Фиксирую радиообмен! Сигнал на частоте четыреста сорок три и пять, кодированный!

Так, это те, кого прижала Галина, сейчас вызвали на помощь отошедший со своей позиции пост. Сейчас они захлопнут капкан… Обойдут мины и ударят в спину тем, кто открыл огонь по основной группе.

И что это нам дает?

Первое — они не определили численность противника, не знают, кто и в каком количестве по ним стрелял. Значит, либо вовсе никого не видели, либо не уверены, что всех правильно посчитали — там ведь может быть и больше народу.

Но там мой любимый человек!

Что, если она сейчас лежит на траве, зажимая руками рану?! И ждет меня! Того, кто должен прийти на помощь, спасти…

Поднимаюсь с земли.

— Потеряшка!

— Здесь, командир!

— Твоя позиция вон там! — указываю рукой. — Когда они выйдут из-под прикрытия деревьев, мы их прижмем.