Танцевала она там почти исключительно с одним Лавлейсом, но поскольку оба были в масках, вопрос ее удивил.

— Да, спасибо, там было довольно весело. Ты тоже был?

— Нет, Лавиния, меня там не было.

— Тогда откуда же ты зн… — тут она в замешательстве умолкла и прикусила губку. И поймала на себе взгляд брата — пронизывающий и холодный.

— Откуда я знаю? — закончил за нее герцог. — Земля слухами полнится, дорогая Лавиния. К тому же… — тут он оглядел комнату, — я тоже не слепой.

— Я… я что-то тебя не понимаю! — выпалила она, комкая в ладони кружевную оборку юбки.

— Вот как? Мне следует выражаться более определенно?

— Да-да! Пожалуйста!

— Тогда позволь дать тебе один совет, Лавиния. Тебе следует вести себя благоразумно.

Щеки ее запылали.

— Ты хочешь сказать…

— Я хочу сказать, что ты держишься с Гарольдом Лавлейсом… слишком уж дружелюбно.

— Ну и что с того?

Герцог поднес к глазам лорнет.

— Как это, что с того? Одумайся, Лавиния!

— Неужели ты считаешь, что я способна опозорить наше имя, Трейси?

— Искренне надеюсь, что нет. Даю тебе слово, я сделаю все, что в моих силах, чтоб предотвратить любой безрассудный твой поступок.

Прошу этого не забывать.

Она молчала, покусывая губку.

— Неразумно играть с огнем, дитя мое. Рано или поздно можно обжечься. И еще имей в виду: твой галантный капитан не имеет и половины состояния Ричарда.

Тут она вскочила, рывком одернув юбки, как всегда делала, когда сердилась.

— Деньги! Вечно эти деньги! — воскликнула она. — Да я плевала на них! К тому же Ричард вовсе не богат!

— Ричард — наследник богатства, — спокойно поправил ее герцог. — И если ты весьма критично относишься ко всем его достоинствам, то я — нет.

Ричард мне чрезвычайно полезен. И я очень прошу тебя, Лавиния, не оставляй его ради этого беспутного юнца Лавлейса, который будет верен тебе от силы месяца три, на большее его просто не хватит!"

"— Трейси, я не позволю так с собой говорить! Как смеешь ты оскорблять меня?! Я не давала повода! Я не говорила, что собираюсь с ним бежать!.. К тому же… к тому же он всегда будет мне верен, да! Он был верен мне все эти годы!

Его светлость насмешливо улыбнулся.

— О, дорогая!..

— Да, я знаю, у него были… увлечения. Но неужели ты думаешь, он стал мне от этого менее дорог?

— Судя по всему, нет.

— Но серьезной любви у него не было, никогда! О Господи, как же я тебя ненавижу!

— Ты воспринимаешь все слишком эмоционально, Лавиния. Так ты действительно не собираешься с ним бежать?

— О, нет-нет! Вовсе нет! Я так привязана к Дики!..

— Бог ты мой!..

— И, разумеется, никогда его не брошу…

— Что ж, в таком случае, я спокоен, — ответил он и поднялся.