Не переживайте: Аркадий Сергеевич очень хороший врач, он обещал мне лично следить за состоянием Ларисы. Ей будут делать все процедуры, что смогут поддержать ее в отличном состоянии, пока она не придет в себя. Она обязательно поправится, вот увидите, – утешающе сказал Дамиан родителям Лары. В вазу на прикроватном столике он поставил девять белых роз.

Отец Лары бледно улыбнулся и кивнул, а мать Лары подозрительно посмотрела на молодого человека:

– А вы не знаете, зачем она поехала на тот пляж? Она была там не с вами?

– Лиза, нам ведь уже сообщили, что Лара уехала из здания прокуратуры одна и на своей машине. И ее машину нашли рядом с этим пляжем. Она была одна! – устало напомнил Василий Ильич.

– Я не знаю, зачем Лара поехала на пляж. Мы договаривались с ней, что встретимся вечером после работы, – печально сказал Дамиан и пригладил черные локоны Лары. – Я так же, как и вы, надеюсь на ее скорое возвращение к нам.

И ведь ни единого слова неправды не сказал!

-------------------------------

Утро пришло и ушло, а у Лары маковой росинки сутки во рту не было. Она сильно проголодалась, а человеческих поселений на горизонте еще не мелькало. Лара бежала по полям, обнюхивая всё, что казалось съедобными, но не находила ничего. Только воды в многочисленных лужах было вдоволь. Кошачий организм не был наделен брезгливостью и спокойно употреблял талую воду. Многочисленные птички разных цветов и размеров щебетали на проталинках. Они и прежде встречались Ларе, но теперь она смотрела на них другими глазами. Неотступное чувство голода пробудило в ней хищнические кошачьи инстинкты. Лара попробовала подкрасться к птицам, но они были слишком проворны для охотницы-новичка и всегда улетали вовремя. Промучившись битый час, Лара была вынуждена признать, что птицы хоть и пища, но пища недосягаемая. Над вопросом сможет ли она съесть сырую неощипанную птицу Лара предпочитала не задумываться. А тот общеизвестный факт, что исконной едой кошек всегда были мышки, задвинула в самый отдаленный уголок сознания. Лара всю жизнь панически боялась мышей и никакие появившиеся вдруг кошачьи повадки не могли излечить этот иррациональный страх перед маленькими, беспомощными, хвостатыми серенькими существами."

"А днем ветерок донес до чуткого кошачьего носа запахи человеческого жилья: горящих дров, готовящейся еды (кошка облизнулась), хлевов и конюшен. Лара приободрилась и понеслась вперед.

Открывшийся с холма вид на селение напоминал декорации к фильмам про Россию времен Екатерины Великой: бревенчатые крестьянские дома, хлева с покосившимися крышами, гарцующие в загонах кони, стада коров и овец, пасущиеся на берегу широкой реки, петлявшей по долине. В центре села стояло несколько домов подобротнее и побольше, с несколькими крыльцами и флигелями.