– Я в одной руке могу держать два пряника, так что купи еще два! – логично ответило дитё и попыталось удержать в одной ручонке два больших, красиво обернутых блестящей бумагой пряника.

Лара притормозила, заинтересовано наблюдая за этой попыткой. Мать крикуна не пыталась урезонить капризного мальчугана – она уже увлеченно болтала с другой дамой. И когда из пухлой ручонки жадного карапуза закономерно вывалился один пряник, ему не дали долететь до земли острые кошачьи зубки: Лара подхватила пряник и помчалась закоулками домой. Ей вослед несся детский рев и причитания потревоженной мамочки, но никакой вины за эту кражу Лара не ощущала: не следует поощрять в детях жадность, пусть приучаются делиться с другими! Лара еще до похода заметила, что сладости и кондитерские изделия в этом мире стоят очень дорого и позволить себе вот такие шоколадные, покрытые глазурью прянички могут только очень богатые люди.

Даже Леон обходился медом, булками и вареньем, и в его рационе не было ни шоколада, ни мармелада, ни конфет, ни пряников печатных. Правда, генерал был неприхотлив в еде и не любил сладости, но Огаст их точно любил – он с такой тоской всегда поглядывал на витрины редких кондитерских лавочек в крупных селах и городках, в которых им доводилось бывать.

Проскочив в приоткрытую дверь таверны, Лара взбежала на второй этаж и поскреблась в дверь комнаты Леона. Ее услышали и открыли.

– Явилась, Кошка, да еще и с добычей. Что это ты принесла? – полюбопытствовал Леон.

В комнате были только он и Огаст. Причем парнишка опять уныло бубнил себе под нос текст детской энциклопедии и одет был по-домашнему, а вот Леон щеголял белой сорочкой и черными брюками из тяжелого шелка.

На спинке стула висел такой же шелковый пиджак. (Или в этом мире следует говорить «сюртук»? Камзол? На привычный пиджак эта вещь походила мало, но и на смокинг не смахивала.)

«На вечер собрался, – фыркнула Лара. – Ну, хоть не в бордель».

Лара прошествовала к столу, за которым постигал азы грамотности Огаст, вспрыгнула на второй стул и положила на столешницу свою добычу.

– Мур-р, – проурчала она, прижала ушки и с умилительно-виноватым выражением мордочки заглянула в глаза парнишки.

Леон расхохотался в голос.

Огаст растерялся, переводя взгляд с пряника на кошку и с кошки на пряник. По загоревшимся глазам Лара поняла, что с презентом угадала верно. Но паренек мужественно сдерживал желание схватить глазированную коврижку.

– И зачем ты это притащила? – с показным равнодушием спросил оруженосец.

– Мур-р, – пояснила Лара, посильней прижала ушки и дернула хвостиком.

– Мириться с тобой хочет, откуп принесла, – со смехом пояснил Леон, – извиняется за недостойную выходку.