Несколько раз Крис останавливался перевести дыхание, ибо изрядно устал. Местность становилась все более каменистой, кустарник стал выше, тут и там маячили деревья. Ирландец обогнул ствол кряжистого старого тополя, вскарабкался по крутым уступам, что врезались в горный склон наподобие естественных ступеней, и вдруг прямо перед ним разверзлась впадина, с одной стороны выходящая на прерию.

Свет костра озарял глянцевые бока и стройные ноги лошадей, небрежно брошенные седла… и Барду."

"Барда сидела под кустом, привязанная к ветке за правую руку. Ноги пленницы тоже, скорее всего, были связаны, хотя веревок ирландец не приметил.

Девушка примостилась на потнике лицом к огню; поджарый, узколицый и скуластый незнакомец устроился на корточках перед костром, присматривая за сковородкой. На поясе у незнакомца болталась кобура, это Крис углядел, когда сидящий переменил позу; винтовка лежала на скале рядом. Ирландец находился не более чем в сотне футов от костра. Воздух был совершенно неподвижен: в ночном безмолвии до Криса доносился голос незнакомца, однако слов разобрать не удавалось.

Крис приник к земле, позабыв об усталости.

Он отлично представлял, что ждет его впереди. Этот человек — явно из числа южан-ренегатов, и Барда в его власти. Без сомнения, он же ухлопал толстяка, убил беднягу и ограбил. А выстрел в самое сердце доказывает, что человек этот бьет без промаха.

Крис внимательно оглядел холмы. Впереди и чуть левее нависала скала, а за нею притулился чахлый куст. Вот если бы перебраться туда…

Только абсолютно беззвучно, чтобы не задеть и камня. Этот человек проворен и очень опасен. Обогнув бугорок, за которым хоронился, Крис перебегал от камня к камню, затем осторожно прополз через траву к облюбованному кустику.

Куст оказался ненадежным укрытием, но ирландец сжался в комочек и затаился там на минуту, прежде чем двинуться дальше.

Крис поглядел вперед: спрятаться практически негде. А стрелять с такого расстояния он боялся; кроме того, не хотелось ему хладнокровно убивать человека. Вокруг костра валяются камни, пуля может ударить рикошетом, и, чего доброго, ранит или убьет Барду Маклин… стрелок-то из Мэйо никудышный!

Ирландец выпрямился во весь рост и, осторожно глядя, куда ступает, двинулся к костру.

Сидящий у огня человек неспешно встал, отложил сковородку и подошел к Барде. Крис застыл на месте, держа винтовку на уровне пояса и не сводя глаз с мужчины. Тот встал за спиной девушки и проговорил:

— Сиди смирно, детка, и ничего дурного с тобой не случится.

Затем незнакомец поднял голову и одновременно — револьвер.

— Ну, сынок, — крикнул он насмешливо, — ты брось-ка ружьишко и давай сюда, хочу разглядеть тебя хорошенько. А выстрелишь в меня — и каюк твоей подружке.