Бумага была состарена, а напечатанный на машинке текст изобиловал вышедшими из оборота словами.

— Интересное вышло знакомство, — произнес я, когда мы сели за дальний столик в углу и заказали темного. — А этого Юрия Николаевича я не припомню.

Белова бросила на меня мрачный взгляд:

— Странно, что вы не узнали этого парнишку. Он не раз попадал на страницы прессы.

— Алиса, это ты у нас запоминаешь имена и лица буквально с первого взгляда, — усмехнулся Суворов, обернулся к подруге и удивлённо уточнил. — И почему мы должны были узнать его?

— Это сын Гагарина.

— Великого Князя?

— И генерал-губернатора Московской губернии, — подтвердила девушка. — Он перевелся в Петроградский корпус в этом году.

— Больно молодой для спутника старшей дочери князя, — покачал головой Алексей и сделал глоток темного. — Нет, я не осуждаю."

"— Генерал-губернатор Гагарин и Анатолий Викторович Свиридов очень дружны. Ну и дети их знакомы с детства. Хотя сейчас поговаривают об их помолвке, когда Юрий закончит кадетский корпус. К слову, паренёк и не против. Он уже давно и безнадежно влюблен в старшую дочь Свиридова.

— Ну, это многое объясняет, — произнес я задумчиво.

В случае, если бы Елена не смогла погасить вспыхнувший конфликт, к ней могли бы возникнуть вопросы. Почему она, как старшая, не уняла младшего, которой ещё не смог обуздать силу.

Нам принесли напитки в глиняных кружках и нехитрую снедь в виде сочных вареных раковых шеек, вываренных с солью и укропом.

— Говорят, у старшего Гагарина несколько приисков и шахт на севере Империи, — произнес Суворов, когда официантка отошла. — Оформлены все объекты, ясное дело, не на него. Государевым слугам запрещено заниматься промыслом и торговлей. Но все прекрасно знают, кому принадлежат шахты и кто помог Гагарину заполучить эти самые шахты.

Я удивлённо поднял бровь, и Алиса произнесла:

— Павел Филиппович, иногда мне кажется, что вы живёте на необитаемом острове, и не в курсе о последних сплетнях, которых которые ходят в высшем обществе Империи. Это же и дети малые знают.

— А кто этот Свиридов? — решил выяснить я.

— Чехов, да ты никак шутишь? — удивился Суворов. — Свиридов — городской судья. Он долгое время работал в Московской губернии, а недавно был переведен на освободившееся место в судейский корпус Петрограда. Через пару лет, мужчина займет кресло в Аппеляционном Суде Империи.

— В узких кругах поговаривают, что судья он не очень, — покачала головой Белова. — Допускает слишком много нарушений, поддерживает позицию обвинения, если его просят из прокуратуры. В общем, принципы независимости, честности и беспристрастности для него — это просто слова.

— Главное для карьеры полезно, — отмахнулся Алексей.