В приёмной на бегу велела секретарше вызвать охрану на крышу жилого корпуса, а сама помчалась вдоль по коридору в сторону лестницы.

Все расступались перед ней и ошарашенно смотрели вслед. Невозможно было представить такое — чтобы чопорная и преисполненная достоинства Нонна Александровна так неслась по коридору, едва не сбивая встречных с ног. Валентин Владимирович еле за ней поспевал. А Дина и вовсе не могла догнать обоих.

Бегала Дина всегда быстро, но ослабевший после болезни организм заметно сдал. Только страх за Эрика и придавал ей сил. Но добравшись до чердака, дверь которого была уже открыта нараспашку, она с трудом дышала. В глазах темнело, а сердце выпрыгивало из горла.

Директриса и куратор, очевидно, не сразу сумели найти нужный выход. Потому что, когда Дина поднялась на чердак, они — Нонна Александровна и Валентин Владимирович — как раз выбирались на крышу. Дина сделала последний рывок и выскочила следом. И на мгновение остолбенела от ужаса, беззвучно открыв рот.

Эрик и Дмитрий Константинович боролись. Вцепившись друг в друга, они перекатывались в опасной близости от края крыши.

Наконец её лёгкие исторгли вопль. Директриса, почему-то уже босая, тоже захлёбывалась в истошном крике.

— Дима! Стой! Перестань! Остановись! — осторожно подбирался к ним куратор.

Но Приходько было не узнать. Он казался невменяемым. И точно обезумев, нападал на Эрика, пытаясь даже не то что столкнуть его, а спрыгнуть с ним вместе. И подойти к ним было страшно: любое неверное движение могло тут же закончиться трагедией.

Эрик изо всех сил выворачивался и отбивался ногами от него, пальцами, ногтями отчаянно цеплялся за выступы кровли, сдирая руки в кровь. И видно было, что он на последнем издыхании уже. Но одержимый физрук не выпускал его. Наоборот, казалось, зверел всё больше и нападал с каждым разом всё яростнее. В какой-то момент он разжал мёртвую хватку, но лишь на секунду. Эрик не успел даже отползти толком, как Приходько снова кинулся на него.

И в то же мгновение Нонна Александровна с каким-то жутким нечеловеческим криком рывком бросилась на физрука. Вцепившись в него, перевалилась вместе с ним через невысокое ограждение, и оба полетели вниз…

70

Несколько дней спустя

Газеты и новостные сайты гудели от разыгравшейся трагедии в элитной школе. По телевидению тоже прошло несколько репортажей. Сам пансион напоминал сейчас растревоженный улей. От благородной и торжественной ауры, окутывавшей прежде «Аквиллу», ничего не осталось. Кругом царили суета, мельтешение, галдёж, отчего площадь перед главным корпусом напоминала базар.

Парковка была плотно забита транспортом, и машины продолжали прибывать — высокие кованые ворота даже не закрывались. Кто-то, наоборот, уезжал.