Придёт он, успокоится да вернётся, — приговаривал Корбут, неловко касаясь её плеча.

— А если нет? А если с ним уже что-то случилось? Вдруг его надо искать?

В груди колотилась паника. Страх настойчиво гнал её куда-то бежать, только вот сил не было. Из неё как будто разом выкачали все жизненные соки. Даже после изнурительных тренировок или болезни она не чувствовала себя такой разбитой.

— Дин, да не накручивай себя раньше времени. Никуда он не денется. Ты успокойся. Всё равно сейчас ничего нельзя сделать.

— Можно позвонить куда-нибудь… не знаю… в полицию?

— Да нас никто и слушать сейчас не станет. Времени-то всего ничего прошло.

— Тогда Чуме. Она всех на уши поставит.

— Да ты что! Нас она поставит на уши.

— И пусть! Но я не могу так просто сидеть, сложа руки. Ты же видел, в каком состоянии он ушёл!

— Дин, да подожди ты… Давай хотя бы сначала Валику расскажем?

Но Дина уже искала в контактах номер директрисы.

— Она сейчас тебя пошлёт, а нам всем втык завтра даст, — раздосадовано произнёс Дима.

И тут с лестницы в коридор вывернули двое. Дина тотчас встрепенулась, заслышав мужские голоса. Устремила в ту сторону полный надежды взгляд, но сразу же сникла. Это были Никита Прочанкин и Ренат Шмыгов.

— О! Вон Дина! — увидел её Ренат. — Я же говорил, что она уже здесь.

— Дин, ты как? — участливо спросил Никита, когда они подошли.

Дина мазнула по нему невидящим взором, потом устало сказала Корбуту:

— Ладно, пойдём к Валику.

— А зачем? — спросили в унисон Никита и Ренат, но Дина, ничего им не ответив, направилась к лестнице. Корбут и Катя поплелись следом.

На учительском этаже было непривычно тихо. Это у мальчишек почти из каждой комнаты по вечерам раздавались громкие голоса, смех, музыка. Да и у девочек царило оживление, а тут словно все спали или никого не было.

Прежде в обитель преподавателей Дина никогда не заглядывала, поэтому не сразу нашла комнату куратора. Он, к счастью, оказался у себя. Было непривычно видеть его не в щегольском костюме, а в легких трикотажных штанах и футболке.

Он впустил их, выслушал, затем набрал Эрика со своего телефона и, очевидно, так же попал на автоответчик.

— Я сам позвоню Нонне Александровне, — сказал Валентин Владимирович мрачно, но тут завибрировал сотовый у Дины.

Руки у неё заметно дрожали так, что, казалось, телефон вот-вот выскользнет из её рук. Но нет, чудом удержала.

— Да, — ответила она звонившему.

Разговор был секундный, но она тут же изменилась в лице.

— Он пришёл! — воскликнула она, оживившись. — Ренат сказал, что он только что вернулся.

— Жив-здоров? — спросил Валентин Владимирович с явным облегчением.

— Да, вроде, — кивнула Дина и выдохнула: — Слава богу.