Наконец, возле Каве очутился Рик Стригой."

"Он молчал. Его серые глаза смотрели осуждающе, но в целом полудух выглядел очень довольным. Он даже позволил себе улыбку.

– И надо было самой стараться? – насмешливо спросил он. – Никакой выдержки.

«Хотела бы я посмотреть на твою выдержку, когда тебя пытаются убить мертвым огнем», – мрачно подумала та.

– Мы ждем твоих распоряжений, Каве, – продолжил полудух. – Мне стоило больших усилий уговорить этих дураков поверить тебе. Так что не подведи своего самого верного друга.

Каве хмыкнула. Ну конечно, верный друг…

– Который час? – тяжело дыша, спросила она у него.

Полудух вновь ухмыльнулся.

– Почти полдень… Настал наш роковой час.

Каве глубоко вздохнула.

– Скорее! – выкрикнула она изо всех сил. – Надо идти на гору Кровушу!

Глава 24

Дверь в скале

Как же тихо.

Будто выключили звук.

Из-за напряженного, звенящего безмолвия небо казалось ярким, отчетливым. Ни облачка, ни порыва ветра, ни единого звука. Мир замер, стал ненастоящим.

Каве переступила с ноги на ногу.

Безмятежность неба убивала. Молчание людей, собравшихся у древнего холма на каменной горе. А еще – собственный страх. Никогда не было так страшно. Или было? Едва уловимый всплеск старого, полузабытого воспоминания промелькнул в мыслях, но тут же исчез.

Тихо…

И вдруг – будто судорога пробежала по холму. Земля вспухла комьями, по скалистым островкам поползли трещины, посыпались каменные осколки – обнажился вековой сланец. Гневный рык сотряс горные глубины; вместе с ним затрещали стволы деревьев у подножия – некоторые со стоном валились набок, взметая листья и вздымая к небу толстые, узловатые корни.

Потянулись долгие секунды. Казалось, все кончилось и катаклизм больше не повторится. Люди, замершие на подступах к холму, понемногу зашевелились, самые смелые осторожно поползли наверх, к месту разрушения.

И тогда гора вновь ожила. Полетели вниз валуны, осыпаясь каменной крошкой, задрожала потревоженная земля, вновь застонали деревья. Птицы, испуганно поднятые с гнезд, чертили в воздухе беспорядочные траектории, их крики слились в один тревожный гул.

Вот прорезался первый острый шип. За ним другой, третий – казалось, горный хребет решил ощетиниться частоколом копий против непрошеных гостей.

– Чудовище!!! – крикнул кто-то. – Это же чудовище!

Земля продолжала осыпаться, разлетаясь огромными пластами, вперемешку с развороченными глыбами сланца и песчаника. Остов холма все более обнажался. Солнечные лучи первыми прорвались к тайне потревоженной горы: переливаясь радужными ручейками, перед глазами зрителей невиданного действа засверкали вперемешку золотые, черные и ярко-изумрудные чешуйки.