В такие моменты я чувствую себя нужным, полезным. Главой семейства, любимым отцом и мужем. Однако долгое молчание жены на том конце провода начинает меня волновать.

- Наденька?

- Назар, у нас гости, - сдержанно, безэмоционально сообщает она. – Ты скоро?

- Да, уже еду, - замедляюсь на перекрестке и, аккуратно войдя в поворот, продолжаю беседу: - А кто? Викуля к малым приехала?

- Нет, - почти неслышно. – Твой отец.

*

* У Виктора Воскресенского, Лили и их близнецов есть своя история! Полный текст!

Мальчишки в наследство. Спаси мою любовь

https:// /ru/reader/malchishki-v-nasledstvo-spasi-moyu-lyubov-b468095?c=5474088&_lnref=8N8XpSuw

- Я помогу твоей матери, а ты выйдешь за меня, - Воскресенский ставит ультиматум. - В сжатые сроки ты должна стать опекуном моих сыновей-близнецов. Ты унаследуешь все состояние: недвижимость, бизнес, активы. Разумеется, временно. Когда мальчикам исполнится восемнадцать, они вступят в права.- Не понимаю. Сейчас мальчишкам пять… А где будете вы все это время?- Неважно. Не беспокойся, тебе не придется меня долго терпеть..."

"Глава 29

Надежда

Негромкий, но уверенный стук в дверь заставляет меня встрепенуться. В двух шагах от кухни я разворачиваюсь на костылях, замираю, чтобы восстановить равновесие, и устремляю напряженный взор в сторону главного входа.

Назар должен вернуться чуть позже, к тому же, он всегда звонит заранее, чтобы предупредить меня и спросить, нужно ли мне что-нибудь. Так по-семейному... Евгения Климовна с детьми на заднем дворе. Они с Ангелиной еще не переехали к нам – на это нужно время и… моральные силы, да и окончания расследования не мешало бы дождаться. Однако каждый день они приходят к нам в гости. Евгения Климовна хорошо ладит с малышами – и почти сразу нашла подход к нашему капризному Назарке. Каким-то чудом ей удается буквально за несколько минут утихомирить его и с легкостью уложить спать. Вот и сейчас сыночек сопит в коляске на свежем воздухе, а наша общая бабушка присматривает и за ним, и за Ангелиной, которая играет в беседке. Меня же отпустили готовить обед.

Стук повторяется. Становится громче и настойчивее.

- Минуточку, сейчас открою, - выкрикиваю в пустоту холла, аккуратно двигаясь к двери.

Опершись на один костыль, вторую ладонь опускаю на ручку и поворачиваю. Лицо обдает свежим осенним воздухом, но мои легкие будто сковало в тиски. Открыв таинственному гостю, я застываю как вкопанная. На пороге тот, кого я не видела больше года, но чьи жестокие слова преследовали меня во снах и заставляли вскакивать в холодном поту.

«Делай аборт, Надя, ради себя и Назара. Иначе это будет крест на всю жизнь. На себя плевать, хоть мужа пожалей. Нам не нужен больной наследник»…

- Надежда? – удивленно вскидывает густые брови Богданов.