Легкий стук в стекло нисколько меня не удивил, я повернулся равнодушно. Не удивился и увидев Елагина, только кивнул, приветствуя. Он кивнул в ответ, открыл дверь и сел рядом. Закурил, словно мало вокруг дыма — достаточно просто дышать.

— Что тебе нужно? — спросил он.

— Не знаю, — равнодушно ответил я.



Вспомнил, каким младенцем был Илья. Яростным и крикливым. Сильным. А девочка такая эфемерная… что страшно.

— Зачем ты вернулся в нашу жизнь?

Нашу, не их. Я даже очнулся, выпал на мгновение из своего транса, посмотрел на него с интересом.

— Ты отказался от них, — напомнил он.

 — Знаешь, я не был идеальным отцом. Порой я давил на Яну. Ей было непросто со мной. Но я… я был отцом. Когда ее мать умерла, Яне только три года было. Я не мог отдать ее пожилым бабушкам. Не отдал. Было… странно. И тяжело. Но, блядь, мои руки все еще помнят, как плести косы!

Выбросил сигарету в открытое окно. Пожалуй, холодно, равнодушно думаю я.

— У меня дочка сегодня родилась, — тихо сказал я. — Два с половиной кило. Сорок шесть сантиметров. Семь баллов по шкале Апгар.

— Поздравляю, — едко бросил Елагин. — Папаша.

— Спасибо.

Мой голос сух и невыразителен.

Меня поздравили, я принял поздравление. Не больше. Но Елагин вдруг посмотрел на меня внимательно.

— Как ее мать?

— Была остановка сердца. Ее запустили вновь… Я не знаю, как. Я ничего не знаю.

Очередная сигарета не была горькой. Она была безвкусной.



Глава 6. Яна

— Никогда, — воскликнула я. — Никогда так больше не делай!

Я поступила неправильно, да, напугала сына да и беременную клушу, наверное, тоже. Но… повернуть вспять время и все сделала бы так же. Потому что единственное, что может довести меня до состояния истерического ужаса — это страх за сына.

А теперь рядом он, глажу его ладонь и никак не могу им надышаться.

— Просто звони мне, — попросила, уже успокоившись немного. — Всегда звони, ладно? И я не буду так сильно волноваться.

Илюшка кивнул. Антон смотрел на меня чуть вздернув брови, удивленно. Его забавляла моя материнская одержимость. Но я… я работала над собой, несмотря на подспудное желание спрятать ребенка под своей юбкой навсегда. Он вырастет. Станет самостоятельным. Только… пусть звонит.

— Пока.

Антон целомудренно поцеловал меня в щеку и уехал.

А меня отпустило только ночью, когда Илья уснул. Я долго слонялась по маленькой квартире, а когда все же уснула… Снился мне Ярослав. Он обнимал меня, его руки были нежны, легко касались, поглаживая. Спустились к животу… Живот был округлым, разбухшим…

Свою беременность я отходила легко. Рожала в июле, а еще в мае мы ходили на природу с палатками. Меня почти не тошнило, у меня не падал гемоглобин, не ломило поясницу… А теперь вместе с этим пузом на меня свалилось все сразу. Я чувствовала, как устало ноют мои отекшие ноги.