Ассистент?

Выхватываю телефон из его руки и увеличиваю снимок. Он хочет сказать, что этот, мать вашу, ассистент, проводит с ним времени больше, чем я?! Что с ней он задерживается на работе допоздна?!

— Маша… — произносит он холодно, — давай, мы не будем смешивать работу и личную жизнь. Мне не нравится твоя подозрительность.

— Зачем ты нанял ее?! — трясу перед ним телефоном, — зачем?!

— Прекрати! — обрубает жестко и тычет пальцем в экран, — надеюсь, это было в первый и последний раз!

Глава 3

Руслан.

Ответив на крепкое рукопожатие моего нового, самого перспективного, компаньона по бизнесу, киваю на его напутствие.

— Молод ты, Руслан, но интуиция подсказывает, все у нас с тобой получится.

— Получится, Владимир Игоревич, обязательно получится.

Одобрительно улыбаясь, всем своим видом показываю, что верю, будто за моими инвестициями он пришел по доброй воле. Будто не в курсе, кто раззявил пасть на его алюминиевый завод.

Жирный кусок, лакомый, который мы с Амелией сумели увести из-под носа владельца крупной корпорации Емельянова. Скоро новости обо мне, как о новом совладельце, разлетятся по городу, и ему придется засунуть свои амбиции в жопу.

— Ну, — продолжает трясти мою руку, — когда ждать тебя у нас?

— Билеты на завтра уже куплены, — отвечает за меня Амелия.

— Чудо у тебя девочка, — подмигивает старик, — умница.

Знаю. Это она нас с Черенцовым свела. Связей у нее много и пользоваться она ими умеет. Отказаться было грех…

Провожаем новых партнеров до лифта. Тепло прощаемся и возвращаемся в мой кабинет."

"Сердце бухает в груди, по венам адреналин гуляет. Смотрим с Амелией в глаза друг другу.

— Я поздравляю тебя, Лебедев, — выдыхая, шепчет возбужденно, — мы сделали это!

Бл*дь… пьянит… пьянит успех… кружит голову!.. Меня, нахрен, разорвет сейчас от счастья! Я сделал главное, я, мать вашу, закрепился, и теперь только вперед! Напролом!

— Ты лучший, Рус…

Удерживая ее взгляд, расстегиваю ремень и ширинку. Амелия умненькая, понимает все без слов. Оголяя бедра, подтягивает узкую юбку к поясу и опускается коленями на ковролин. Ей идут чулки. Эта женщина рождена, чтобы носить кружевное белье.

Глядя на меня снизу вверх, она вжимается лицом в мой пах, трется об него как голодная кошка и высовывает язык.

Сучка… успела изучить мои предпочтения.

Спускаю боксеры и, обхватив ствол ладонью, стучу головкой по ее розовому языку. Амелия задыхаться начинает, широко разведя колени, оттопыривает задницу.

— Соси, — толкаюсь в теплый рот, закатывая от удовольствия глаза.

*бать. С ней лучшие мои минеты.

Накрутив белый хвост на руку, засаживаю в глотку. Хрипит, но выдерживает. Даю продышаться и под одобрительный взмах ее ресниц, повторяю.

Ох*енный ощущения!

— Яйца… — напоминаю я.