– О чём ты только подумал, голубец? Я всего-то проверял собачку.

– Ещё одна такая шутка и собаки проверят тебя, – мой голос трещал от злости. – Где-нибудь на свалке.

– Да ты просто мавр! Настоящий вожак стаи! – продолжал издеваться Вова. – Быть может, нам стоит поменять главаря? Акелла явно допускает промашки, отвлекаясь на хвостик волчицы… – яд так и сочился из парня. – Кстати, где он? Неужто снова развлекает Арину?

Будь я металлом, расплавился бы разом от переизбытка чувств. Меня переполняла ярость каждый раз, когда из его уст вылетало её имя.

Я ревновал даже к этому.

Он не смел его произносить.

– Всё верно, – вставил Матвей, наверняка не желая наблюдать потасовку. – Андрей ждёт нас на костре. И попросил меня проследить, чтобы каждый из вас на него явился, – парень захлопнул книгу. – Целым и невредимым.

– Попросил? – хмыкнул Вова, выпрямившись. – Или настоятельно велел? Прости, Матвеюшка, но в нашей пятёрке ты всегда ходил под цифрой шесть. Так что, будь добр, называть вещи своими именами.

Матвей взглянул на него исподлобья.

– То есть, теперь я должен звать тебя собачьим дерьмом? Это ведь та неприкрытая правда, что скрывать невозможно.

"

"Меня пробило смехом, а вот Демидов покраснел. И недурно, ведь в борьбе за красноречие блондин явно проигрывал. В этом деле Матвею не было равных.

И поделом болвану.

Впрочем, моя радость была минутной. Отправляться на костёр отнюдь не хотелось. Единственное, чего я желал, так это завалиться в кровать и погрузиться в крепкий сон. Ведь только там я мог не притворяться. Только там я был собой.

Натянув толстовку и кулон, я нагнал парней. Наша троица вышагивала по коридорам «Валькирии», неизменно ловя взгляды студентов.

После к нам присоединился Егор, что несколько часов провёл в комнате старшекурсниц. Не хватало лишь одного, которого я больше всего ненавидел.

И получаса не прошло, как мы оказались на месте. Небольшое озеро, покрытый песком берег, заборы тёмного леса и снующие всюду студенты. Кто-то разбрёлся по группам и травил дурацкие байки. Кто-то любовался трёхметровым костром, что осветил всю поляну. И только одна пара привлекла моё внимание больше остальных.

Андрей и Арина.

Они стояли поодаль, о чём-то беседуя.

Рогов поправлял ей волосы, а та смущённо отводила глаза. Меня пробирал гнев, когда он касался её. Челюсть сводило от одной мысли, что Арине могло быть это приятно. Казалось, что тем самым Рогов подтверждал свою личную истину: всё принадлежит ему, стоит только пожелать.

– И почему Андрей с ней возится? – брезгливо бросил Егор, не сводя глаз с Арины. – Завлечь девчонку в игру – не значит, таскаться с ней по кафешкам.

– А ты спроси у Данилки, – поддел Демидов. – Он явно знает больше.