– А отчего вы вдруг заговорили о мире? Только что говорили о союзническом долге и вдруг идете на договоренность с врагом.

– Мы не враги, Фридрих, а противники, причем в данный конкретный момент. С врагом не может быть и речи о примирении, я же надеюсь, что наши государства будут дружить. Что же до союзнического долга… Австрия и Франция вдруг решили, что Россия станет для них таскать каштаны из огня. Они, видите ли, выдвинули условие, что Россия не будет иметь никаких территориальных притязаний. Иными словами, нам предоставляется честь сражаться за их интересы. Это несколько оскорбительно для России и дает нам повод немного обидеться.

– Ну что же, мне понятна ваша позиция и мотивация. Однако я свое слово сказал. Вы оставляете Восточную Пруссию, и тогда мы заключаем мир, – подытожил беседу Фридрих.

– Есть только две неувязки, дорогой Фридрих. Первая: здесь живут мои подданные. Вторая: как бы вам этого ни хотелось, вы не в том положении, чтобы диктовать условия. Так что придется идти на мои условия, – покачав головой, возразил Петр.

– Нет, – в свою очередь категорически отверг прусский король.

– Ну тогда, ваше величество, не смейте потом в случившемся винить меня.

Петр дернул вожжи, разворачивая коня. Видит бог, он хотел этого избежать. Нет, несмотря на имеющееся у русской армии превосходство и уверенность императора, гарантировать победу русскому оружию конечно же нельзя. В этой битве. Но в том, что, как итог, русские солдаты будут поить своих лошадей в Шпрее и щупать берлинских фрау, у него не было и толики сомнений. Да и Буров все время поддакивал, подтверждая эти мысли.

– Фридрих, – отъехав на несколько метров, все же обернулся Петр, окликая короля Пруссии. – Только что, здесь и сейчас, мы могли договориться.

Ничего не ответив, остановившийся было Фридрих вновь отвернулся и пришпорил коня. Пойти на условия русского императора… Да он скорее съест свою треуголку. А она-то точно не в его вкусе. Так что придется сегодня русским умыться собственной кровью.

Через пять минут король был у своего шатра, возле которого уже установили стол с разложенной картой. Генералы, входившие в штаб, ожидали приказов своего короля. Чуть в стороне поглаживали своих коней ординарцы, готовые нести волю короля сквозь дым и пламя сражения. Все как всегда, оставалось только отдать приказ к началу атаки. Уже позднее утро, а до ночи со сражением желательно покончить.

Едва получив сигнал, все двести орудий издали дружный, гулкий и протяжный рокот, отправляя тысячи фунтов чугуна и пороха в сторону неоконченных русских позиций. Одновременно с залпами орудий вперед двинулась пехота. Сражение у неприметной деревушки Зольдау началось.