Тут же её открывает и заглядывает внутрь.

– Ева Ан... Боже!

Залетает в кабинет и мчится к столу. Я бросаюсь следом и вижу Еву. Она лежит на полу, не подавая признаков жизни...

Рухнув возле неё на колени, проверяю пульс. Он слабый. А щёчки у Евы чертовски бледные.

– Я позвоню в скорую! – девушка-администратор на грани истерики носится по кабинету в поисках телефона Евы. – Это всё Ваш брат виноват! – взрывается она, обнаружив наконец телефон на подоконнике.

Я беру Еву на руки и поднимаю с пола.

– Мой брат?

Какого чёрта?

– Да, он был здесь! – выплёвывает девушка. – Так стремительно ушёл... Не знаю, что он ей наговорил, но явно что-то нехорошее."

"Твою ж мать, Кир! Что ты наделал?!

– Давно он ушёл?

– Полчаса назад...

Она всё время прикладывает телефон к уху. Потом смотрит на экран, тычет в него пальцем и вновь прикладывает к уху.

– Чёрт!

Похоже, не может дозвониться.

– Я сам отвезу Еву в больницу.

– Но...

Кажется, хочет запротестовать.

– Послушайте...

Не знаю, как к ней обратиться.

– Алёна, – сразу отзывается она.

– Алёна, давай не будем разводить панику. Скорую мы будем ждать не меньше часа.

И надеюсь, она понимает, что просто так трепаться у нас тоже времени нет.

С Евой на руках иду к двери и выхожу из кабинета. Алёна бежит за мной, прихватив её сумочку и пальто.

Мы выходим из здания, и нас тут же накрывает проливным дождём. Я устраиваю Еву на пассажирском сиденье. Пристегнув, вновь проверяю её пульс. Теперь он кажется более наполненным.

– Кажется, она приходит в себя, – в голосе Алёны сквозит явное облегчение.

Я перевожу взгляд на бледное лицо Евы, и сам тоже облегчённо выдыхаю, потому что она открывает глаза. Медленно моргая, осторожно поворачивает голову из стороны в сторону, пытаясь понять, где находится. Потом фокусирует взгляд на мне и слабо улыбается.

– Я в порядке, – хрипло выдыхает Ева.

– Я так не думаю! – не соглашаюсь.

Алёна часто кивает.

– Нет, Ева. Это уже не шутки. Тебе надо в больницу.

– Да не надо мне в больницу! Лучше домой, – слабо протестует Ева, облизывая пересохшие губы. – Пить... хочется.

Нахожу бутылку с водой и протягиваю ей. Забираю у Алёны вещи Евы, кладу на заднее сиденье.

– Ладно, сейчас разберёмся, – оттесняю Алёну от двери и захлопываю её.

Заодно закрываю и дверь Евы. Нам уже пора ехать.

– Максим Борисович, – девушка-администратор смотрит на меня с мольбой. – Отвезите её в больницу! Она сама ведь не поедет. А недавно у неё сердце болело.

– Сердце?

– Да. Только она не признаётся.

Когда Ева выставила меня из своей квартиры, она тоже хваталась за сердце. И это мне уже совсем не нравится.

– Хорошо, я Вас понял, – бросаю сдержанно, стараясь не показывать своих эмоций.

Обхожу машину, махнув Алёне на прощанье, распахиваю дверь и сажусь за руль.