Он всегда мог разбудить во мне ответный огонь: сонной, больной, даже с менструацией. Мужчина, которого любила до дрожащего его именем сердца. В огонь и воду за него вошла бы. А сейчас… Душа болела — предательство любви не проходит бесследно, но тело молчало — я холодной стала, как русалка морская.

Я никогда не любила его…

— Ты вот, Святослав, такой умный, — сложила губы, словно с дитем малым разговаривала, — а такой дурак, — если он считал, что можно так притворяться, значит, абсолютно не знал и не чувствовал меня. Мы ведь пять лет вместе прожили!

— Ярина… — сквозь зубы пропустил мое имя, буквально перемолотил клыками.

Нагорный не любил оскорблений. Он сжал углы стола, чтобы не схватить меня. Мальчик пытался сдерживаться.

— Я не хочу тебя, Свят. Хочешь, дам трусы понюхать? Убедишься, — и действительно сняла белье и бросила ему в лицо. — Это твой максимум относительно меня.

Они точно были сухими и чистыми. Никаких феромонов. Пусть убедится, что больше не волнует меня.

— Так что подумай насчет Сандры, — отправилась на выход, но услышала в спину:

— Я с ней спал, Ярина, да, но как тебя снова увидел — ни с кем больше.

Ни с кем… Я тебя хочу, Джульетта. И я тебя получу.

— Я тебя предупреждала, Нагорный, — силой меня больше не возьмешь!

— Сама попросишь, Нагорная, — и приложил мои трусики к носу. — Ты думаешь, что не пахнешь, но я чувствую, как ты цветешь для меня, жена.

Не дождется! И дело не только в моей гордости и обиде на него. Я просто разучилась желать мужчину и получать удовольствие от близости. Даже сама с собой не могла больше достичь разрядки…"

"На следующий день я провела два собеседования и однозначно выбрала няню.

Они обе были квалифицированы и хорошо поладили с Ульяной, но между пятидесятилетней женщиной и девушкой примерно моего возраста я выбрала первую. Я больше не так наивна в отношении верности своего мужа, поэтому никаких молодых женщин в доме. Он может путаться с кем угодно, но не под одной крышей со мной. Хватит, я это уже проходила той роковой ночью.

Я ввела в курс дела Маргариту Петровну, посмотрела пару дней, насколько моей малышке комфортно с новым человеком. Неожиданно Алла Георгиевна тоже помогала, скупо и сдержанно, но явно симпатизировала моей дочери.

Да, Ульяна у меня росла очаровательной девочкой.

— Ярина Дмитриевна, можно вас, — экономка остановила меня на выходе. — Я могу оставить вам меню к званому вечеру? Утвердите?

Я изумленно взяла красиво оформленный лист на деревянной подложке. Раньше мне таких вещей не доверяли.

— Вы уверены, что Святослав Игоревич не будет против? — скептически поинтересовалась.

— Вы хозяйка в этом доме. Вы можете делать здесь, что угодно.

Ого, ничего себе!

— Хорошо, я посмотрю.